Голый завтрак

Высокогорная долина в джунглях, в окно вползают лианы. Хуй Джонни набухает, буйно лопаются большие почки. Из пизды Мэри, нащупывая землю, выползает длинный корневой побег. Тела разлагаются среди быстрорастущей зелени. От лачуги остаются лишь груды щебня. Мальчик стал известняковой статуей, из его хуя пускает побеги какое-то растение, губы растянуты в полуулыбке отрубившегося джанки.

Гончий Пес заначил дозу героина, завернув ее в лотерейный билет.

Еще один укол – завтра лечиться.

Путь долог. То сухостой, то депрессия.

Долго пришлось добираться по каменистой пустыне до финиковых пальм в оазисе свиданий, где арабские мальчишки срут в колодец, танцуют рок-н-ролл в песках пляжа для культуристов и едят хот-доги, выплевывая самородки золотых зубов.

Беззубые и явно долгое время голодавшие, с рифлеными боками, на которых можно стирать грязную спецодежду, они, дрожа, покидают шлюпку на острове Пасхи и крадучись выходят на берег, с трудом передвигая ноги, одеревенелые и тонкие, как ходули… они клюют носом в окнах клубов… испытывая острую нужду-потребность, заставляющую их торговать своими стройными телами.

Финиковые пальмы погибли из-за отсутствия свиданий, колодец наполнен высохшим дерьмом и мозаикой тысяч газет: «Россия отрицает… Министр внутренних дел с глубокой тревогой оценивает… Люк был открыт в 12:02. В 12:30 доктор вышел поесть устриц, вернулся в 2:00, чтобы весело похлопать повешенного по спине.

– Как, ты еще не умер?! Похоже, придется потянуть тебя за ногу. Ха-ха! Нельзя помирать так долго – меня же Президент уволит. Да и позору не оберешься, если труповозка увезет тебя отсюда живым. У меня от стыда просто яйца отсохнут, а ведь я пошел в ученики к опытному быку-кастрату. Раз, два, три – тяну».

Планер падает, бесшумный, как эрекция, бесшумный, как смазанное стекло, разбитое молодым вором со старушечьими руками и потухшими джанковыми глазами… С беззвучным взрывом он проникает в дом через разбитое окно, стараясь не наступать на осколки смазанного стекла, в кухне громко тикают часы, его волосы ерошит жаркий ветерок, в голове пусто из-за слишком большой дозы… Старик щелчком вынимает красный патрон и делает пируэты вокруг своего дробовика.