– Терри, я МЕЧТАЛА о подобном обращении! Все это время я мечтала стоять перед тобой в одних чулках, и будь что будет! Неужели ты не видел этого?!
Высказавшись, я бросаюсь сломя голову вниз по лестнице. Задыхаясь, ничего не видя от слез. Он не догонит меня, даже если вставит себе в задницу реактивный двигатель.
Скай Полански, дамы и господа! Слишком хорошая для того, чтобы быть оттраханной! Слишком хорошая для порочной любви! Слишком серьезная! Слишком не легкого поведения! Слишком хорошая даже для отличника из интеллигентной семьи, что уж говорить обо всех остальных мужиках!
Я выбегаю из подъезда, и меня наконец рвет съеденной в обед капустой и «Нутеллой».
Прямо на тротуар на глазах прогуливающихся парочек."
"– Деточка, ты в порядке? – Ко мне подходит парочка сердобольных пенсионеров: старушка в модном черном плаще и принаряженный старичок.
– Да… я… в полном порядке.
«Я слишком хорошая для того, чтобы быть не в порядке. Умница. Мечтательница. Неисправимая, неизлечимая дура!.
.»
– Помогите мне поймать такси, пожалуйста, – бормочу я, и старушка с видом заправской полисменши тут же тормозит машину.
Я заползаю в салон, вымученно улыбаюсь пенсионерам и отрывисто говорю таксисту: «""Голова турка"". Парламент-стрит. И, будьте добры, выключите музыку».
А ведь нам до седьмого оставалось всего одно небо.
* * *Кафе покидают последние посетители. Я вбегаю внутрь, несусь мимо барной стойки, влетаю в подсобное помещение и останавливаюсь перед четырьмя большими пакетами с мусором, которые еще не успели вывезти.
Я помню, что вытряхивала содержимое угловой мусорной корзины в зеленый пакет. Значит, в нем и надо искать. Я хватаю с полки нож и разрезаю полиэтилен. Окурки, салфетки, портящиеся остатки еды, пыль, волосы, мусор непонятного происхождения – горсть за горстью я перебираю все это в поисках волшебного средства, которое заглушит мою боль.
– Скай? – в подсобку заглядывает Хьюго. – Ты что тут забыла?
– Потеряла кое-что, – бормочу я, отворачиваясь.
Хьюго не отстанет, если увидит мое зареванное лицо.
– Помочь?
– Ты не можешь мне помочь, Хьюго! – рявкаю я в пол.
На языке вертится: «Ты же не трахаешь женщин!» – но я никогда не скажу этого вслух.
– Хотя подожди! Хьюго, в той куче обуви, что оставили у нас тетки навеселе, не найдется пары шестого размера? Принеси мне хоть что-нибудь, пожалуйста.
Еще сто пригоршней липкой дряни.
