Я распахиваю глаза и вдруг замечаю:
- Это что, звезды? Там, высоко?
- Да. Мы на улице, Воробышек. Вокруг темная ночь, и тебе давно пора спать. Не холодно?
- Нет. Мне хорошо.
- Тогда ответь, почему?
- Какой ты настырный... Я совсем не вижу тебя. Потому что разбивает мне сердце, а это больно. Ты знаешь, как болит сердце, когда умирает?
- Нет. Возможно, отчасти, но это было так давно.
- Во-от. А я знаю. Он сильный, он не заметит, а я умру.
***
- Ща-ас! Разбежалась носом в песок! А ну чеши отсюда, Веревкин, со своими конфетками и приглашением, пока я тебя с гостеприимными дружками пяткой по почкам не отходила! Надоел! Что вам всем сегодня здесь медом намазано, что ли? Нет Женьки! А вот так! Да, час назад была, а сейчас сплыла.
Куда, не твоя забота. Уточкой вниз по лестнице и домой тю-тю! А что я? В моих развратных планах на вечер тебя нет! И приятелю своему дерганому скажи, чтобы зубы вахтерше не скалил, не то пломб не досчитается! А мне все равно, знаешь ты его или нет! Я предупредила, Веревкин. Пока!
Входная дверь с глухим стуком входит в коробку и щелкает замком.
- Вот придурок! Воробышек ему к новогоднему столу подавай! Людоед недоделанный! - слышу я Танькино гневное ворчание и открываю глаза.
- Крюкова, ты чего шипишь? - бормочу сонно, потягиваясь под одеялом. - Кто тебя рассердил?
Солнце светит в окно подозрительно ярко, за стеной у девчонок громко играет музыка, слышится смех, и я понимаю, что утро, должно быть, давно наступило.
- О-о! - сердито выдыхает подруга, пока я ладонью пытаюсь подавить широкий зевок, ветром проносится по комнате и решительно сдергивает с меня одеяло.
- Хороша ты спать, Варвара! Коса слева, коса справа! Посередке носопырка, а в ушах пробиты дырки! У нас тут с утра внеплановое столпотворение самцов у дверей пещеры, а она еще спрашивает!
- Тань, ты чего? - удивляюсь я, протирая глаза. Отбираю у подруги одеяло и вновь укутываюсь в него. Вдавливаю щеку в подушку. - Случилось что?
- Не знаю! - поджимает губы Крюкова и упирает руки в бока. Смотрит сверху вниз со странным осуждением во взгляде.
- Это ты мне скажи, Воробышек, случилось или нет. Как у нас головушка, не болит?
Я внимательно сканирую внутренние ощущения организма на предмет боли и встречаю легкую пульсацию в виске признанием:
- Кажется, есть немного. Не так чтобы очень, конечно, а-а что?
- Ой! - отмахивается Танька, картинно воздев брови. - Ерунда, Жень, не бери в голову! Подумаешь, в третьем часу ночи чуть заикой не стала. Звоню - не отвечаешь.
