- Яшка, совсем рехнулся от своей травы?! Это же ""Верту"", платина, пятнадцать тысяч долларов! Дурак! Я уже не говорю, что телефон - подарок Босса на твои никчемные двадцать пять лет! Илья! - поворачивается к Люкову. - Что за игры по обмену любезностями?! Ты соображаешь, что просишь для своей... Для своей...
Девушка почти задыхается от возмущения, сверлит меня ненавидящими глазами, когда рука Якова жестко швыряет ее на стул.
- Села и закрыла пасть, Ирка! Быстро! - неожиданно сердито рявкает парень. - Нехер оскалом перед всеми отсвечивать, а то вышвырну вон, как зудящую вошь! Не твоего сучьего ума дело, что я решаю и когда, поняла? Поняла?! - разворачивает подругу грубо за подбородок к себе и приближает к лицу.
- Я тебя спрашиваю! Или напомнить, на какое место ты сдалась конченому нарику? А?!
От унижения у девушки трясутся губы и руки, наливаются слезами глаза. Мне вовсе не нравится на это смотреть, отношения пары далеки от идеальных, если уже не просто видимость, и я твердо говорю, глядя на Люкова, зная, что единственный, кто может это прекратить, кто здесь решает - только он:
- Илья, я не возьму у Якова телефон.
Ни за что. Ни этот, ни любой другой. Пожалуйста, не настаивай.
- Почему, Воробышек? - темные глаза сужаются, отвечая на мой ускользающий взгляд. - Разве Яшка церемонился с твоей вещью? Жалко стало?
- Нет, но... Я не могу, Илья. Просто не могу.
- Ай, к черту! - парень неожиданно поднимается и сдергивает меня со стула. - Пошли! - решительно прижимает к боку, увлекая за собой, заставляя уронить с колен салфетку.
Сцеживает сквозь зубы почему-то вдруг до боли обидное:
- И откуда ты только свалилась на мою голову, птичка!
Мы обходим гостей, всполошившихся было от известия о предстоящей свадьбе в семье Большого Босса, а теперь заметно притихших, заинтригованных странным поведением нашей четверки за столом, и проходим мимо Романа Сергеевича. Я почти рада, что сейчас исчезну из его богатой гостиной навсегда, встречаю уставшим взглядом осторожные заискивающие улыбки, когда обеспокоенный голос хозяина дома вслед за стремительными шагами, догоняет нас:
- Сынок, ты выпил.
Не думаю, что сейчас самое время в ночь и гололед рисковать девчонкой. Не повторяй ошибок Якова. Ты знаешь: комната по-прежнему за тобой, как всегда. Женя может воспользоваться соседней с твоей спальней гостевой. Если посчитает нужным, конечно. Комнаты уже готовы."
"Мужская рука каменеет на моей талии, еще теснее прижимая к парню. Шаг замедляется, но лишь на миг.
