- Нельзя верить на слово тому, кто однажды уже обманул ожидания. Поверь, птичка, он привык просчитывать каждый свой шаг. Если он сегодня умрет, а завтра воскреснет - стоит задуматься, где он выиграл и в чем использовал свой резон. Уверен, что он просто умело водил всех за нос.
Время за разговором потихоньку набирает бег, и мама оттаивает. Даже позволяет себе улыбнуться в ответ на шутку Ильи, поддернувшую мальчишек. Осторожно изучает его из-под длинных ресниц, привыкая к моему выбору. Отмечая его внимание ко мне и мое собственное спокойствие сначала настороженным, а затем одобрительным материнским взглядом.
На ней неброское серое платье под цвет глаз и легкая шелковая шаль на плечах, неожиданно сочетающаяся с изумрудной зеленью комнаты. Из украшений - серьги и тонкая золотая цепочка к ним в ансамбль с кулоном, немного старомодным и простым, в виде слезы, но придающим своей простотой маме особую женственность.
Когда Босс просит ее помочь ему на кухне, и мама встает из-за стола, я отмечаю, что она обула свои лучшие выходные туфли на высокой шпильке и понимаю, насколько ей небезразлична эта встреча с Градовым.
А когда возвращается с наметившейся на губах улыбкой и вернувшимся на щеки румянцем, прихожу к выводу, что Босс не терял времени даром, и в настоящем мы имеем образовавшуюся в броне Валентины Воробышек брешь.
- Блин, сеструха! Никогда тебе не прощу! Ты что, не могла предупредить, что твой жених реально крутой чел? - шепчет сердито Данька, наклонив темную вихрастую голову в мою сторону.
- Мы бы хоть морально подготовились и не выглядели сейчас, как два придурка на арене этого, как его... черт! серпентария! У меня же, блин, кеды дырявые! А если бы разуться пришлось, так вообще... Птиц, урод, мои носки новые спер!
- Сам урод! Они на моей кровати лежали! - получает затрещину от Ваньки и тут же в ответ пихает брата кулаком в бок. - Что я виноват, что этот тип раскомандовался, а у меня как раз порвались! И вообще, что это он на нашу мать слюни пускает?
- Просто ухаживает за гостьей, - отвечаю я.
- И потом, Вань, - строго замечаю, - по-твоему что, наша мама понравиться никому не может?"
"- Такому? - вскидывает брови Данька, громко присвистнув. Щерится криво в сторону Босса, усадившего маму на стул и склонившего к ней лицо. - Ха! Сдуй буфера и сдай назад, сеструха! Вернись на землю. А-ау!- приставляет ладонь ко рту. - Так не бывает!
У Люкова длинные быстрые руки, брат и не замечает, как оказывается оттянут за ухо к столу.
