Большую часть ночи Пенни пролежала без сна, пытаясь угадать, что на уме у Санто. Скорее всего, это было связано с его отцом. Она снова задумалась, почему Санто не хотел его навестить, и пожелала, чтобы он поделился с ней."
"На следующий день они посетили Ватикан. Пенни была в восторге от площади Святого Петра, которая оказалась куда больше, чем казалась по телевизору. Акцент Санто стал заметнее, и сам он выглядел еще лучше, чем обычно. Он даже сбился на родной язык.
— Что ты сказал? — спросила Пенни.
Это прозвучало романтично и красиво, и даже хотя он не улыбался, она чувствовала, что он говорит от сердца.
— Ничего, — огрызнулся он.
Пенни вздрогнула.
— Прости, — сказала она и обратила все внимание на Хлою, гонявшуюся за голубями.
Ей снова захотелось, чтобы Санто открылся ей, ведь сейчас они стали намного ближе. Если бы она знала, как расстроит его приезд в родной город, ни за что бы не сказала, что хочет там побывать. Его огорчение портило все удовольствие. Он знал так много о Риме и его истории, что мог бы стать для них идеальным гидом, но он молчал.
Пенни и Хлоя стояли и смотрели, и удивлялись, и восхищались, а он хранил гробовое молчание.
Очередь в базилику была слишком длинная, и Санто сказал:
— В следующий раз.
Пенни знала, что следующего раза не будет. Они были здесь только из-за того, что она сказала, что хотела приехать сюда, и теперь она ненавидела себя, что заставила его.
Они прошли к фонтану Треви, где Пенни и Хлоя бросили монетки через плечо.
— Чтобы мы вернулись сюда, — заговорщицки сказала Пенни.
Потом они взобрались по Испанским ступеням, и сверху Пенни восхитилась видом на Рим. Когда они вернулись в отель, Санто был совсем тихий. Еще одна ночь прошла в разных номерах, а утром они снова сели в машину, но Санто не сказал им, куда они едут. Так или иначе, настроение у него было еще хуже, и далеко они не уехали, высадившись у частного дома, от которого открывался чудесный вид на холмы. Пенни вопросительно посмотрела на Санто.
— Дом моего отца, — тихо сказал он.
Она была бы счастлива, если бы Санто относился к этому по-другому. Он был так очевидно несчастлив здесь, что Пенни поняла, что с ним было последние дни.
— Ты уверен, что хочешь этого? — спросила она, ласково трогая его руку.
Санто посмотрел вдаль и вздохнул, прежде чем ответить:
— Нет, я не хочу, но для Хлои я сделаю все.
Теперь Пенни все поняла. Он был здесь, потому что чувствовал, что так надо, не ему, а Хлое.
