Горячие головы

Тут же в кабину с хрустом врезался камень, за ним еще несколько. По стеклу в разные стороны разбежались трещины. Бульдозерист выскочил из машины:

— Я вам, засранцы, ноги повыдергиваю!

— Не трожь детей, — дорогу озлобившемуся бульдозеристу преградил крепкий молодой мужчина.

На помощь своему из машин повыскакивали остальные водители. Хотя жители деревни превосходили нападавших числом, мужчин в их рядах было заметно меньше.

— Уйдите от греха! — из раздавшейся толпы вышел еще крепкий дедок с двустволкой в руках.

Водители замерли. Ситуация оборачивалась не в их пользу. Если бы камнями швырялись взрослые, их можно было бы призвать к ответу. А с малолеток что возьмешь? Только уши им надрать. Но этого как раз не позволяют их родители. И имеют на это право. Никому не дозволено поднимать руку на детей. Вырисовывался замкнутый круг, из которого водителям не было выхода. Их бригадир достал мобильный телефон. Вскоре к месту событий явился представитель административного округа.

— Граждане! — задушевно обратился чиновник к людям.

 — Своими действиями вы мешаете выполнению задачи государственной важности. Страна задыхается без хороших дорог, поэтому я призываю к вашей сознательности. Освободите территорию, отправляйтесь в выделенные вам бесплатные квартиры.

— Сам отправляйся! — выкрикнул кто-то из толпы.

Вскоре даже стороннему наблюдателю, окажись он рядом, стала бы ясна причина возникших беспорядков. Жители деревни категорически отказывались покидать свои просторные дома и переселяться в тесные городские квартиры.

Чиновника для наглядности отвели в ближайшее строение.

— Тут живем мы с женой и дочь с мужем и двумя сыновьями. А нам дают на всех одну трехкомнатную квартиру, — пояснял хозяин дома, продемонстрировав гостю четыре просторные комнаты.

Чиновник обошел их, зачем-то потрогал нарядные, в цветочек, обои и сообщил:

— Помню, когда-то мы с отцом и матерью жили в однокомнатной.

— Так то было раньше. Ты еще вспомни времена, когда люди жили в пещерах.

— Между прочим, городская трехкомнатная квартира стоит раз в десять больше вашего дома, — попытался чиновник зайти с другой стороны.

— Это верно. Тем более удобства во дворе, — вроде бы согласился деревенский. — Только землицы тут двадцать соток. Между прочим, подмосковной землицы. И стоит она не меньше квартиры.

— Ну вот! — обрадовался чиновник. — По деньгам выходит то на то.

— А ты забудь свою дурацкую привычку все мерить деньгами! Нам простора хочется.