Горячие головы

Тогда еще советская милиция оказалась на удивление сговорчивой, криминальные элементы были ей социально ближе, чем идеологически чуждые предприниматели. Особенно если криминальные элементы делились с ней частью награбленного. Рядовые бандиты, не особо насилуя извилины, прозвали Федора Черепом. Получилось убедительно и зловеще. Когда кооператор слышал, что к нему пришли от Черепа, он сразу же чувствовал легкий испуг. Разумеется, не настолько, чтобы тут же отдать деньги, но атмосфера чего-то зловещего создавалась изначально.

При этом Черепков по-своему берег курицу, несущую золотые яйца. Он никогда не снимал с кооператоров, а затем и бизнесменов последнюю рубашку, брал умеренно, а чтобы иметь хороший доход, неуклонно увеличивал число подопечных. Это частенько приводило к конфликтам с другими командами. Но Череп, при лояльном отношении к подопечным, не боялся крови, решительно шел на разборки, отстаивая собственные интересы. Ему везло. Трижды только чудо спасало его от роковых ударов ножа и тяжелого обрезка металлической трубы.

Потом, когда бандиты начали использовать огнестрельное оружие, пуля содрала Черепу кожу на виске. Стрелявшему повезло меньше: Череп прострелил ему сердце. О везении Федора говорил еще один факт. Когда он по-настоящему вошел в силу, из первоначального состава банды, кроме него, осталось лишь три человека. Из них двое сидело в тюрьме."

"Тогда в криминальном мире царствовали отморозки, и Черепу волею судеб пришлось заключить союз с одной из таких команд.

Дружили, разумеется, против третьей банды, слишком многочисленной, чтобы справиться с ней в одиночку. По настоянию Федора заключение соглашения не афишировали. На разборку с конкурентом открыто явились только союзники Черепа, он сам вместе со своими людьми ударил в решающий момент, когда обе банды отморозков успели уже пролить достаточно крови. Атака «засадного полка» вызвала панику в рядах врага. К тому же люди Черепа удачно вышли прямо на главаря противника и застрелили его. По большому счету, в кровавых войнах девяностых именно это и требовалось — обезглавить конкурирующую банду. А пехотинцам было без разницы, под кем ходить, лишь бы капали в карман бабки.

Победа команде Черепа вышла боком. Федор только прикидывал, как расплеваться с временным союзником, а тот, слишком возомнив о себе после триумфальной разборки, заелся с уголовным авторитетом. Причина была весьма серьезной: контроль над фосфатным комбинатом.