Горячий Май

— Почему не попробовать с другой девушкой? Как ты сказал? Мало, что ли, других, готовых потрахаться с двумя сразу?

— Вероника, я это сказал со зла. Я бы не хотел цеплять какую-то тупую шалаву на один раз. Мне важно знать человека и чувствовать с ним связь. Как с тобой…

Май улыбнулся.

— Я постараюсь быть покладистым мальчиком. Честное слово. Останься? Прошу.

Я боюсь сделать шаг навстречу и в то же время очень хочу попробовать. Любопытство сгубило лисицу, попавшую в капкан. Наверное, оно сгубит и меня, потому что я киваю.

Даже не зажмуриваюсь, смотрю широко раскрытыми глазами, как меняется выражение лица Мая. Он искренне рад.

— Я тебя поцелую, Ника, — говорит он, находясь уже у самых губ.

Май раскрывает мои губы сильно и жёстко. Жадный поцелуй с горечью сигарет, играющей на наших языках. Поцелуй стреляет в голову возбуждением, и я стону, цепляясь за плечи Мая, потому что кажется, что подоконник растаял подо мной, и я лечу в пропасть.

Май обнимает за талию и медленно облизывает мои губы. Так нежно на контрасте с недавним неистовым поцелуем, что я окончательно теряю голову.

Понимаю, что не смогу отказаться от этого безумства, пока не распробую все его оттенки…

Глава 30

Потом мы возвращаемся в зал и ждём доставку еды из ресторана. Антон мягко улыбается, спрашивая:

— Помирились?

— Белый флаг, Тоха, — хмыкает Май, усаживая меня так, что я оказываюсь на диване между ним и Антоном.

— Надеюсь, что перемирие не временное, а постоянное.

Ужин протекает легко. Я наконец расслабляюсь, учась принимать компанию одновременно двух мужчин как нечто само собой разумеющееся.

И их постоянное внимание, прикосновения, лёгкие поцелуи и фривольные намёки, от которых всё внутри начинает искрить.

Понимаю, что волосы так и не просушила, как надо, и завтра буду разбираться с соломенным гнездом на голове, но день меня так утомил, что я даже не сопротивляюсь, когда Антон относит меня на огромную двуспальную кровать.

— Анто-о-он, — прошу я, когда он отстраняется, тяну за шею к себе, — полежи со мной, обними.

У тебя такие тёплые объятия, как пуховое одеяло.

— Это был комплимент, кисонька? — спрашивает парень, уступая моей просьбе.

Сильные руки прижимают меня к себе, но Антон ложится поверх одеяла. Запускаю руку под футболку, наслаждаясь рельефным мускулистым телом.

— Киса, мы так не договаривались. Мы хотели дать тебе немного отдохнуть, — выдыхает Антон, перехватывая мои руки.

— Я же просто обнимаю тебя.

— Нет, это уже соблазнение.