– Что ты делаешь? – бросилась я к ней, отодвинув сестру за спину.
– Она пролила на меня чай!
На подоле платья Кэтлин и впрямь расползлось мокрое пятно.
– Она сама опрокинула чашку! – возмутилась Эми, беззвучно плача.
В гостиную вбежал Оливер с книгой в руках. Бросив ее на кресло, он обнял сестру и метнул гневный взгляд на Кэтлин. Их тела окутал полупрозрачный щит, тот самый, которому его учил Рэнфорд.
– Миледи, пожалуйста, не нужно вмешивать сюда моих родных, – произнесла я, больше всего мечтая отплатить ей той же монетой.
Почему-то я была склонна верить сестре, Кэтлин вполне могла сама облить свое платье, чтобы задержаться в доме.
– Не натравливай на меня своих ублюдков! Думаешь, тебе все позволено, раз ты подстилка Даррена?
Я побледнела, качнувшись назад. Ответить мне было нечем, я действительно делила постель с хозяином, и мне было больно от того, что это слышат близнецы. Что они подумают про меня?!
– Не говорите так про мою сестру! – передо мной вдруг выскочил брат.
Его карие глаза потемнели, а пол под нашими ногами затрясся.
– Ол, не надо! – успела выкрикнуть я, и часть ковра превратилась в песок.
Кэтлин испуганно отшатнулась и взмахнула рукой. С ее пальцев сорвался туманно-серый паук, с каждой секундой увеличивающийся в размерах. Он хищно щелкнул жвалами и прыгнул на Оливера.
– Нет! – крикнула я, и комнату затопила серебристая вспышка.
Нас откинуло в разные стороны: я приземлилась на стол, брат упал на меня. Краем глаза я успела заметить, что Кэтлин тоже рухнула на пол.
Одна Эми удержалась на ногах, так как стояла в стороне.
Что произошло? Приподняв голову, я поморщилась от боли и обвела гостиную взглядом. Туманный паук исчез, щит Оливера тоже. Даже магические шары, обычно танцующие под потолком, развоплотились. Это что, я нейтрализовала всю магию?
Оливер поднялся первым и помог мне. Кэтлин, сдув с лица прядь волос, встала самостоятельно. Ее безукоризненно аккуратная прическа рассыпалась, похоже, ее держала магия.
– Что здесь происходит? – раздался голос Рэнфорда.
– Лив, Кэтлин? Что вы устроили?
Обернувшись, я увидела некроманта, стоящего в дверях гостиной. И он определенно был зол!
В комнате царил настоящий погром. Чайный сервиз разбился, на полу блестела лужа с осколками фарфора. Не успела я и рта открыть, как Кэтлин залилась слезами и бросилась к Рэнфорду. Она трогательно всхлипнула и прижалась к плечу мужчины, словно ища защиты.
– Ваша горничная напала на меня!
Опешив, я возмущенно уставилась на нее.
