Все-таки именно Кэтлин осталась победительницей в ссоре! Я видела ухмылку, скользнувшую по ее лицу. Ее целью было привлечь внимание мужчины, и это ей удалось! В испачканном платье, с рассыпавшейся прической… она выглядит уязвимо и трогательно. Кто знает, что она расскажет ему наедине! Сердце сжалось от ревности, и мысленно я застонала. Как же мне больно видеть его рядом с ней!
– Прости меня, – всхлипнув, сказала Эми. – Это все из-за меня.
– Эта Кэтлин та еще гадюка, она нашла бы другой способ начать ссору.
Я крепко обняла сестру и ласково погладила ее по волосам, вновь заплетенным в хитрую косу. Рядом с виноватым видом топтался Оливер. Конечно, ему не стоило вмешиваться… Но разве я могла ругать его за то, что он встал на защиту своих сестер? Он же будущий мужчина!
Я поманила брата к нам и тоже заключила в объятия.
– Люблю вас! – выдохнула я, взъерошив светловолосые макушки Эми и Оливера.
– И мы! – наперебой заговорили близнецы.
Ребята обняли меня сильнее, и я полузадушено засмеялась.
Откуда столько силы в детских ручонках?!
Что бы ни случилось дальше, у меня есть семья. И я расшибусь в лепешку, но сделаю все возможное, чтобы у нас все было хорошо.
Вместе с ребятами мы убрались в гостиной. Я попросила их сегодня вести себя тише, чтобы не злить Даррена. Оливер, чувствуя за собой вину, пообещал, что они не доставят проблем. Я отправилась на кухню – пора было заняться обедом. Рэнфорд вернулся без Дженни, но Кэтлин наверняка останется на обед. Я бы с удовольствием подсыпала ей перца!
Стоило приступить к мясу, как в дверь опять постучали.
Стук был каким-то нервным, словно человек находился на грани истерики. Вытерев руки, поспешила открыть.
Распахнув дверь, я испуганно отшатнулась – на пороге стояла пожилая женщина, одетая в черный плащ. Ее изрезанное морщинами лицо было измождено, в запавших глазах светилось отчаяние, а седые волосы были растрепаны. Она открыла рот, силясь что-то сказать, но не издала и звука.
Я выровняла дыхание, пытаясь угомонить бешено стучащее сердце.
Наверное, она хочет попросить милостыню. Но как она забралась так далеко от города?!
– Подождите, мне нужно взять монетку…
Старуха судорожно замычала и вдруг сунула мне что-то в руки. Что это? Портрет! На крохотном клочке бумаги была изображена миловидная девушка: пышные темные волосы обрамляли круглое лицо, губы были изогнуты в хитрой улыбке.
– Лили… доч…ка, – прохрипела старуха.
Спину обдало холодом.
