Ну и дурак! От него всего-то требовалось изобразить авторитетного мужика, приближенного владетеля, и дать всем понять, что Лили под его защитой. А что сделал Ветров? Наговорил всякой чуши и пошел получать благословение. Может, как студент и ученый Ветров очень хорош, но в бытовом плане он недалекий. Но хуже то, что он еще и рафинированно-правильный. Всегда, даже когда хочется рвать и метать. А ведь есть в нем что-то дикое, бесконтрольное, нечто сугубо мужское, опасное, пикантное, на что иногда отзывается моя возрождающаяся женственность.
А он свою натуру держит в узде.
Как и Лили, впрочем. Она тоже горячая страстная дама, но сковывает себя рамками и приличиями. Вот потому их с Ветровым и тянет друг к другу; они похожи во многом.
Мне захотелось сейчас же сказать Аркадию: «Будь мужиком! Женись на Гримми!» Но я сдержалась. Сами должны додуматься.
— Приборы не переставляли?
Мы с Аркадием подскочили.
Малейв вернулся в еще более плачевном состоянии, чем уходил. Но даже в разодрано-расплавленном костюме, в паутине, с чем-то вязким на лице, он умудрялся источать властность и спокойное достоинство.
— Н-ну? — справившись с удивлением, спросил Ветров. — Что?
— Я нашел, что искал.
Несколько указаний по планшету, и в родную деревушку Гримми прилетели центавриане — не те люди из охраны, а другие, более высокого «ранга»; аэро-площадка была загружена машинами. Приборы ни Ветрову, ни Малейву больше не были нужны, эти железяки и цилиндры сложили в ящики.
Все чувствовали: происходит что-то важное. Я сидела в коридоре у двери комнаты, где альбинос со своими доверенными лицами и Ветровым уже несколько часов что-то обсуждали.
Давно стемнело, однако мужчин такие мелочи не волновали. Как и еда, сон.
Наконец, центавриане начали выходить, вышел и Аркадий с уставшим, но довольным лицом. Только я хотела спросить: «Ну?
Чего?», как меня позвал владетель:
— Регина!"
"Он назвал меня по имени, или мне послышалось? Я вошла в комнату и плотно прикрыла за собой дверь. Малейв — представитель старшей расы, поэтому на его лице усталость не отразилась.
Наверное, он неделю может прожить без сна и еды, и не чувствовать неудобств.
Я замерла, ожидая указаний.
Владетель поднялся со своего места, отложил в сторону планшет и подошел ко мне. Он переоделся, но по-прежнему выглядел потрепанным. Удивительно, но ему даже неряшливость шла.
— Зачем ты бросилась на сгусток энергии? — сразу перешел к делу альбинос.
— Он на вас напал, светлейший.
— Я неуязвим, если ты не забыла.
