Сестра Лили, поняв, что нам нужно поболтать, отошла.
— Регина, что ты молчишь!
— Лили, я светлейшая.
— Да, я знаю, что по рождению ты светлейшая.
— Не только по рождению. Теперь еще и по факту. Он пожаловал мне титул.
— Кто? — растерялась от удивления управляющая.
— Альбинос.
С управляющей у нас всегда были сложные отношения. Скажи я о титуле раньше, до сцены в гардеробной, Гримми бы окатила меня презрением и сказала бы что-то вроде «Титул, данный за заслуги в постели — это не титул, а позор!» Но жизнь штука непредсказуемая.
Вчерашняя врагиня — сегодняшняя подруга.
— Он вернул тебе титул? — очень осторожно уточнила Лили.
— Не вернул. Пожаловал. Разница в том, что прежде я была веронийской барышней, теперь стала барышней дарнской.
Настала длинная пауза.
— Тогда переодевайся. Немедленно! Барышня не может разгуливать в таком виде!
Взяв под руку, Гримми увела меня в чью-то комнатушку. Помня о том, что мне идти в хранилище, я наотрез отказалась переодеваться в платье. Зачем? Неудобно же. Лили негодующе фыркнула, но сдалась, и принялась приводить мои волосы в порядок.
— Зачем? — не понимала я.
— Затем! Барышня должна быть опрятной!
— Лили, это не имеет значения! Мне уже пора выходить!
— Сиди!
Она не опустила меня, пока не убрала волосы в высокий тугой хвост, и не заставила надеть теплые носки. Кажется, новость о том, что я отныне светлейшая, повлияла на управляющую сильнее, чем на меня. Причем, она не спрашивала, почему, за что, как так вышло… Просто приняла как факт — я светлейшая.
Когда я вышла на улицу, владетель уже был там. Рядом с ним стояли Аркадий и центавриане с рюкзаками и сумками, а также — с оружием. Пистолеты-парализаторы и мазеры — оружие, которое послужит даже в зоне деструкции. Снегопад не прекратился, и мягкие хлопья снега ложились на их черноволосые головы.
«Красиво смотрятся», — отметила я про себя. Пройдет немного времени, и местные девушки начнут всерьез интересоваться этими чужаками с далекой системы Альфа Центавра."
"— Готовы, сударыня? — поинтересовался Малейв.
Лица тех, кто привык, что ко мне обращаются исключительно как к «горничной», вытянулись. А Ветров и вовсе «завис», даже ухо потрогал, не уверенный, что слух его не подвел.
Насладившись сим моментом, я бодро ответила:
— Готова.
— Нам придется идти пешком, и идти быстро. Все еще готовы?
— Готова, светлейший.
— Тогда в путь.
Владетель дал еще несколько распоряжений по-центавриански, и мы пошли по дороге значительной такой компанией.
