Значит, его мужественно-мягким голосом говорил этот зверек?
— Мелок на тебя обиделся, — сказал альбинос, подтверждая мою догадку. — Не надо было на него садиться. Хочешь погладить его, загладить вину?
— А он не укусит?
— Мелок хороший, — обиженно протянул зверек.
Я восторженно вздохнула. Говорящее животное!
— Это понги, — объяснил центаврианин. — Маленькое, но умное создание. Любит ласку.
Я подошла, ничего не видя, кроме понги. Осторожно коснулась шерстки — мягкой и длинной, кое-где спутанной. Ушки маленькие, лапок шесть, каждая оканчивается острыми коготками.
Кажется, они, как у кошек, втягиваются.
— Обидела, — обиженно повторил Мелок, не поворачивая ко мне мордочки.
— Прости-и-и, Мелок, — нежно-нежно проговорила я.
Мелок или застеснялся (если животные вообще стесняются), или просто ему надоело висеть на шее альбиноса, и он быстро слез с него, побежал по полу, скрылся под одним из столиков.
И вот тогда-то я поняла, что это был отвлекающий маневр.
Альбинос просто приманил меня к себе поближе! И теперь рассматривал, как еще одного зверька, сверху вниз.
Любопытно: когда мужчина находится строго напротив, его глаза кажутся просто светло-серыми. Стоит же немного поменять угол обзора, как они приобретают красный оттенок. А как ярко проступает рисунок радужки!
Чем больше я приглядывалась, тем очевиднее становилось — с альбиносом что-то не так. Подрагивают пальцы, взгляд мутный — так старшие выглядят, когда напиваются. Все-таки подействовала на него веронийская выпивка.
— Ты прислуживала мне.
— Да, светлейший.
— Послужи еще. — Владетель протянул руку и коснулся моего лица.
Я отшатнулась и спросила резко:
— Что вы делаете?
— Вчера ты себя предлагала. А сегодня я не настроен на игры. — Он снова попытался меня коснуться.
В голове зашумело. Внутренности завязались в угол, а тело напряглось до боли. Я словно на тринадцать лет назад вернулась — мною овладело то же отупение, и страх. Мелькнула мысль «Еще раз я не допущу!»
Тогда я размахнулась и влепила пощечину. Плевать, кто он — владетель, банкир, совершенно плевать.
Ни один мужик меня против воли не тронет.
Центаврианин почему-то упал.
Я посмотрела на свою руку и ощутила жгучую пульсацию на кончиках пальцев. Эо! Больше десяти лет не пользовалась эо, а сегодня, то ли от страха, то ли от возмущения, приложила всей скопившейся силой нового владетеля.
Сделав шаг назад, я ударилась ногой о диванчик. Меня начало трясти. А что, если я его прикончила? Качнула головой — нет, такого быть не может.
