Пришлось вразумлять, – коротко поведал Елисей, продолжая поигрывать нагайкой.
– Вовремя мы подъехали. Эти хоть на своих ногах после тебя стоят, – усмехнулся казак.
– Так я еще и не начинал, дядька Семен, – рассмеялся парень.
– Девка-то чья будет? – на всякий случай уточнил урядник, поглядывая на зардевшуюся девушку.
– Кузнеца Митрича дочка.
– Ага. Ну, добре. Ступайте тогда, мы уж тут сами разберемся, – скомандовал урядник, расправляя усы и жестом указывая своим подчиненным заняться пришлыми.
– Пошли, красавица, тут уж без нас обойдутся, – улыбнулся Елисей девушке, забирая у нее увесистую корзину.
– Тебе еще чего надо или все уж купила? – уточнил он на всякий случай.
– Батя просил колбасы еще купить, – тихо ответила та, краснея еще гуще, хотя казалось, что дальше некуда.
– Тогда в мясные ряды пошли, – кивнул парень, аккуратно выводя ее из толпы, которая уже начала рассасываться."
"– Тебя как звать-то, красавишна? – улыбнулся Елисей, когда они подошли к нужным рядам. – А то батя твой показать тебя показал, а имени не назвал.
– Мила я, – тихо выдохнула девушка.
– Людмила, значит, – кивнул Елисей, – красивое имя. Вон, прилавок с мясным, выбирай, что глянется.
Мила быстро прошла к прилавку и принялась ловко осматривать и обнюхивать товар. Наблюдая за ней, Елисей отметил про себя и царственную осанку, и крепкие, широкие ладони со следами ожогов от окалины. Похоже, Митрич и вправду разрешал ей вставать к наковальне.
«Действительно сильная девушка. Такая и коня на скаку подкует, и хату спалит запросто», – усмехнулся про себя Елисей, наблюдая, как она торгуется с продавцом.
Купив круг роскошно пахнувшей колбасы, Мила забрала у него корзинку и, сунув в нее покупку, неожиданно спросила:
– А правда, что вы дозволили батюшке вам клинки ковать и меня к делу допустить?
– Кто про что, а вшивый про баню, – рассмеялся Елисей, забирая у нее корзинку. – Правда.
– Благодарствую, – снова покраснев, тихо произнесла Мила.
– Это за что же? – сделал вид, что не понял, парень.
– Что не стали моей работой брезговать.
– Вот уж глупость несусветная, – фыркнул Елисей. – Мне клинки нужны, а не правила глупые, непонятно кем придуманные. Тем более что батя твой на них свое клеймо поставить обещал. А это много значит.
– Все одно, – упрямо вскинулась девушка.
– Вот и мне все одно, – усмехнулся Елисей, выбираясь из толпы. – Мне главное, чтобы на клинки те надежа была, а уж кто ковал, дело десятое. Ну, а теперь куда? – спросил он, останавливаясь на перекрестке.
