Ему показалось, что до ушей донёсся отчаянный писк, но слова подхватил ветер – и Саймон ушёл, так и не оглянувшись."
"18. Корабельная крыса
По дороге в Атлантиду Саймон старался держаться подальше и от Уинтер, и от Зии, и от Крокера. Они, скорее всего, видели, как он выскочил из каюты, но он не был готов к расспросам – а ещё опасался, что Уинтер заметит, что он не взял с собой Феликса. Так что он просто сидел рядом с Арианой. Та стальной хваткой сжимала его ладонь, и под конец плавания Саймон был уверен, что она переломала ему все кости.
Говорить с ней он пока не решался – не давала аура неуверенности и напряжения, витающая вокруг, но он надеялся, что она чувствует его готовность прийти на помощь. Причём по-настоящему – в отличие от Феликса, который, как оказывается, просто притворялся.
Стоило им открыть люк субмарины и выйти под купол подводного города, Саймон бросился к генеральскому корпусу. Улицы восторженно гудели; солдаты свободно расхаживали по тротуарам, хлопая друг друга по плечам и помогая раненым.
Мимо прошёл строй медиков с носилками, направляющийся к импровизированному лазарету, устроенному у планетария, и Саймон вгляделся в лица пострадавших, отчаянно надеясь не увидеть среди них близких. Он никого не узнал – и в целом не заметил серьёзных ран. Самой тяжёлой травмой оказался такой же укус, какой был у него.
Неужели Подводное Царство действительно так просто одолело акул? Всего несколько часов назад они были полностью окружены – так как они победили?
Когда они добрались до корпуса, охрана поспешила пропустить их внутрь – кажется, они были рады их возвращению не меньше Саймона, выдохнувшего с облегчением при виде целого и невредимого здания.
Никто даже не вспомнил, что Саймон с Уинтер должны были сидеть в карцере – а они не стали напоминать. Зия, легко ориентируясь в зеркальных коридорах, привела их в главный конференц-зал, и стоило солдатам распахнуть двери, Саймон выскочил вперёд и ворвался в переговорную.
На лицах Малкольма, Нолана и Джема, стоящих за столом, читалась усталость.
На руке Джема красовалась перевязь, под глазом проступал синяк, но улыбался он во весь рот.
– Саймон! Уинтер! Ариана! – Он бросился к ним и всех по очереди обнял. – Живые!
– Где тебя… – Малкольм подтащил Саймона к себе, как новорождённого котёнка, и тоже заключил в объятия. – Где тебя носило?!
– Долгая история, – виновато ответил он, косясь на Нолана. Тот вопросительно показал большой палец, и Саймон кивнул. Нолан молча закрыл глаза, выдыхая.
