Город драконов. Книга четвертая

Что ж, вот ответ:

– В тот момент, когда доверилась дракону.

Я едва ли произнесла это тихо и боюсь, в сказанном прозвучала вся горечь, что я испытывала по данному поводу. Горечь напрасных сожалений.

– Вот как, – тихо произнес лорд Арнел.

Кивнув, я посчитала нужным разъяснить данный момент:

– Не стану заверять вас, что доверие мое было предано, мне не в чем винить профессора Стентона, кроме одного – умолчания о том, что меня ожидает. Но он промолчал, а я была слишком юна и наивна, чтобы предугадать… Как вы там сказали? Перспективы? Что ж, я была слишком наивна, чтобы просчитать перспективы и понять, что ждет меня впереди.

"Я развела руками, недвусмысленно намекая на окружающую действительность. Была ли я ей рада? Отнюдь.

– Но сейчас, – медленно, осторожно произнес лорд Арнел, – вы уже достаточно «не наивны», чтобы…

Он не стал договаривать. Вероятно, впечатленный тремя парами моих глаз, с холодным вызовом взирающих на него. Поэтому договорила я.

– Лорд Арнел, шесть лет назад, заключая договор с профессором, я поддалась тщеславию и гордости, кои в тот момент превалировали в моей душе, вероятно, в силу излишне юного для принятия подобных решений возраста.

Но напрасно я ожидала, что меня услышат и поймут. Лорд Арнел лишь переспросил:

– Гордость?

– Да, – несколько язвительно ответила я. – Вы удивитесь, но мне не чужды такие понятия, как гордость, достоинство и честь.

Едва заметно усмехнувшись, дракон неожиданно также съязвил:

– Несомненно, я оценил их. И гордость, и достоинство, и честь… в тот момент, когда, условно спасая свою жизнь, вы без колебаний расстались с одеждой.

Я побледнела. Приличной девушке из приличного общества, следовало бы покраснеть, но я побледнела. От гнева.

– Да как вы смеете?!

В этот миг я забыла о Звере, присутствующих в тюремном подземелье и даже неприличности моего нынешнего положения.

Но градоправитель Вестернадана умел признавать свои ошибки, и в тишине, наполненной лишь хриплым дыханием Зверя, раздалось искреннее:

– Я прошу прощения за эти слова, мисс Ваерти. Я был не прав.