Город и его ненадежные стены

Я отказался от попыток заснуть, встал с постели, надел кофту поверх пижамы, зажег газовую плиту, достал молоко из холодильника, подогрел его в маленькой кастрюле и выпил. Еще я съел несколько имбирных булочек. Затем сел в кресло и открыл книгу. Но сосредоточиться на чтении не получилось. В моей голове проносились бессвязные образы и звуки, как сообщения из разных миров, не имевшие никакого смысла. Будто безликие посыльные оставляли эти сообщения у моего порога и тут же растворялись в воздухе.

Смирившись, я закрыл книгу и, сидя в кресле, сделал несколько глубоких вдохов.

Словно пытался заменить весь воздух в легких и тем самым успокоить свой разум. Но все было тщетно.

Вокруг меня царила ночная тишина. Мимо дома не проезжала ни одна машина. Ни одна собака не лаяла. Я не слышал ничего, кроме мелодии - мелодии, которая непрерывно повторялась в моей голове.

Мне отчаянно хотелось заснуть, но я уже понимал, что, как бы ни старался, сделать этого не получится. Даже виски или бренди тут не помогут.

Я это знал. Что-то не позволяло мне заснуть той ночью. Что-то.

Я снял пижаму и переоделся. Накинул пальто поверх толстого свитера, повязал вокруг шеи кашемировый шарф, натянул шерстяную шапку и толстые перчатки. И вышел на улицу. Потому что не мог больше сидеть на одном месте и каждые пять минут смотреть на часы. Лучше уж было бесцельно бродить по городу."

"Выйдя из дома, я почувствовал, что ветер усилился и небо затянули облака. Ни луны, ни звезд не было видно. Тусклые фонари заливали пустынную улицу холодным светом.

Порывы ветра, налетевшего с гор, завывали в голых ветвях деревьев. Ветер был холодный и влажный. Наверняка скоро опять пойдет снег.

Выдыхая облака белого пара, я бродил по городу. Мои тяжелые зимние ботинки неестественно громко скрипели при каждом шаге. Река уже наполовину замерзла, но я все равно слышал ее шум. Ночной холод постепенно принес мне облегчение. Он проник в мое сознание и парализовал, хотя бы на время, скучные и бесполезные мысли.

От ледяного ветра у меня слезились глаза, зато он заглушал мелодию, бесконечно звеневшую в ушах. Может быть, у холодных северных зим все-таки есть свои преимущества?

Пока я шел, то ни о чем не думал. В голове была приятная пустота. Холод сковал мое сознание железными тисками. Ничто другое туда проникнуть не могло, холод не оставлял для этого ни малейшего места. И прежде, чем я успел что-то осознать, мои ноги сами по себе направились в сторону библиотеки.