Город и его ненадежные стены

Сколько лет он здесь стоит? Кажется, будто стол весь пропитан отголосками бесчисленных старых снов. Кончиками пальцев я чувствую его историю в царапинах на древесине. Полки архива заполнены бесчисленными старыми снами. Они доходят почти до потолка, и для того, чтобы достать сны с самого верха, тебе приходится карабкаться по деревянной стремянке. Твои ноги, выглядывающие из-под длинной юбки, стройны, белы и молоды. Я невольно восхищаюсь красивыми, крепкими икрами.

Твоя задача - выбрать старые сны, которые нужно прочитать сегодня, и положить их на мой стол.

Ты берешь сны с полки и осторожно кладешь передо мной. Иногда мне удается за один вечер прочитать три сна, иногда - только два. На чтение некоторых из них требуется много времени, а другие я читаю относительно быстро. В среднем, чем дольше сон, тем больше времени на него уходит. Однако мне никогда не удавалось прочитать более трех снов подряд. Видимо, для моих нынешних способностей три - это максимум. Ты уносишь прочитанные сны в комнату, расположенную за стойкой библиотекаря. Они не возвращаются на полку, и я не знаю, что с ними происходит потом.

Но даже если бы мне удавалось читать по три сна каждый день, понадобилось бы не менее десяти лет, чтобы прочитать все старые сны на библиотечных полках. Более того, нет никаких доказательств, что здесь хранится весь «запас» старых снов. Впрочем, эти размышления не имеют никакого смысла. Все, что я могу делать - это читать сны, которые ты приносишь один за другим, не понимая даже смысла этого занятия.

Неужели мои предшественники так же, как и я, изо дня в день читали старые сны, не понимая значения того, что они делали? Смогли ли они выполнить все свои обязанности? И самое главное - что с ними случилось потом?

Когда я дочитываю сон, мне нужно сделать перерыв. Положив руки на стол, я жду, пока мои глаза оправятся от усталости. Я до сих пор толком не слышу, что говорят мне сны, не понимаю значения слов, но чувствую, что это - послание. Да, они пытаются что-то сказать мне или кому- то еще.

Но они говорят это на языке, которого я не знаю. Тем не менее, отдельные сны, содержащие особенно яркие эмоции - например, радость, печаль или гнев, оставляют после себя что-то вроде послевкусия. Только не во рту или на губах, а в сердце.

Чем дольше я читаю сны, тем сильнее становятся это послевкусия. Иногда мне кажется, что сны не хотят, чтобы их понимали в обычном смысле этого слова. Скорее, они пытаются пробудить во мне забытые эмоции.