Город Ящерров: Венилакриме

Десятилетия успешной жизни убедили меня в том, что для любой женщины я стану выгодной партией. И что ты… что ты просто не хочешшь меня признавать… Но признаешь однажды… и превратишшшься. Но… этого не произошшло. А я люблю тебя, и с этим уже ничего не поделать. Теперь мне очень тяжело понять ящерров, убивающих своих земных избранниц. Они либо очень смелы, либо безобразно глупы. Убить привлечённую нельзя! Идём, Лин, у нас осталось мало времени.

Он резко двинулся вперёд. Не оглядывался — иду я за ним или нет. А я шла, начисто забыв о том, что всего несколько минут назад хотела убежать.

Руанн не собирался останавливаться. А мост был всё ближе и ближе.

Мы шли к мосту, на котором в него должны выстрелить.

— Что… что ты делаешь? — пробормотала я невнятно.

— Я не собираюсь нарушать твой план, Венилакриме… Ты хотела моей смерти — ты её получишшь.

— Что ты… не понимаю…

Он приближался к мосту. Я же, как воздушный змей на привязи, тянулась за ним.

— Да, ты не понимаешшшь. Потому что влечение не взаимно.

Лин, не люби я тебя по-настоящему, я бы тебя убил, — он обернулся, чтобы посмотреть, как я отреагирую на эту фразу. — Ты не знаешшь, как сильно я сожалею о дне, когда встретил тебя…

Я пыталась выразить словами мысль… но она постоянно ускользала. Что именно он не может? Не может идти на собственную смерть сознательно? Зная, что именно я — убийца?

— Ты не поймёшшь, каково это — ставить интересы другого человека вышшше собственных, — продолжал судья. — Да, я буду тебя преследовать. Если я останусь в живых — я никуда тебя не отпушщу.

Обману, сотру память, буду шшантажировать, но заставлю тебя быть рядом. Вот видишшшь, девочка, — он ласково улыбнулся, — получается, не ужиться нам двоим в одном мире. Ты-то хочешшшь совсем другого — уйти от меня… А я не позволю.

Мы шли медленно, как двое старых знакомых, встретившихся после долгой разлуки. Солнце взошло, но ночная прохлада — осталась. Вот и оказались мужчина и женщина — он и я — где-то между днём и утром, когда солнце уже выглянуло, но всё вокруг до сих пор ощущается ночным.

— И ты… неужели ты готов…

— Я не готов! — резко ответил Руанн. В нём проявился прежний властный человек. — Но я видел, что бывает с парами, где один — умер, а другой остался жив. Не в старости — в молодости. А моя дурная кровь это умножит. Я с ума сойду, если тебя не будет… Радуйся, Лин, наконец-то ты узнала, насколько я от тебя зависим. Я скрывал до последнего, потому что знал — это будет использовано против меня.