Город Ящерров: Венилакриме

Судья Руанн был главной причиной моего беспокойства, и чем чаще я к нему приходила, тем хуже мне становилось. Снились сны, где я видела его… иногда в окружении незнакомых людей, иногда — запертого в клетке. Во сне я подходила к нему, наклонялась к узкой койке, той самой, на которой он спал, находясь в плену, и в этот момент он резко открывал глаза.

Просыпалась и я вся в холодном поту: мне было страшно, что в следующий раз я не смогу проснуться вовремя, и тогда мы окажемся в клетке один на один.

Ещё несколько дней назад мой кошмар обрывался на том, что я останавливалась около клетки и просто смотрела, как он дремает.

Просыпалась я тогда, когда он улавливал, что за ним наблюдают, и резко поднимался с постели.

А в самом начале, когда ящерр только прибыл на станцию, в сновидениях я просто замирала по ту сторону двери, сомневаясь, стоит ли мне заходить в белую комнату. Всё было так реально! Я видела охранников, сидящих в соседней комнате, видела, как меняется их смена.

Наяву ящерр тоже начал проявлять ко мне нездоровое внимание.

Он почти не притрагивался к ужасной еде, которую я ему приносила, лишь рассматривал меня пристально. И я могла поклясться, что в его взгляде таились и неверие, и удивление, и злость одновременно.

Паранойя прогрессировала — каковы шансы, что он видит те же сны, что и я?

Внезапно ужасная догадка пронзила меня — влечение! Он использует на мне эту силу!

Я сорвалась с места, прочь от старого дерева у обрыва, и отправилась на «Станцию 5», успокаивая себя мыслью, что всё мучившее меня — лишь результат самого обычного влечения.

Глупая, наивная, я мечтала, чтобы это было правдой! Ведь тогда всему можно найти объяснение.

Я ехала по магистрали, не будучи уверенной, что успеваю блокировать следящие устройства. Рука дрожала, когда я щёлкала на пультах нужные комбинации. Всё было нипочём, лишь бы посмотреть в глаза этому…

Вернувшись, я сразу же направилась к ящерру.

— Открой эту чёртову дверь. Мне нужно его увидеть! Немедленно!

Я ворвалась в белую комнату.

Ящерр поднялся с постели. Он был удивлён.

— Извините, Венилакриме, — охранник зашёл за мной следом, вежливо придерживая рукой дверь-болт.

— Вон! — закричала на охранника. — И уйдите с проходной. Камеры отключить! Чтобы никакой записи! Вон! Вон! Все вон! Выполнять приказ!

Я была уверена: о моей вспышке ярости доложат Главе. Но это будет потом. Я выключила микрофоны и подошла к клетке.

— Что ты со мной сделал?! — закричала.