Город Ящерров: Венилакриме

Но иногда, от неуместного любопытства, поворачивая голову в его сторону, я сразу же натыкалась на его взгляд, как будто ящерр неотрывно за мной следил.

Он меня страшно бесил, чокнутый судья. Я внушала себе, что испытываю к нему презрение, что ненавижу всю их породу, хотя, по правде говоря, злилась на саму себя за слабость духа.

Два раза я «случайно» забывала принести еду, а потом узнавала, что он в те дни ничего не ел. Причём на его весе это никак не сказывалось. И это была ещё одна странность. В шутку я как-то сказала одному из подчинённых, что нашего ящерра, видимо, подкармливают на стороне.

На следующий день ко мне пришёл Глава с уверениями, что это не так. Глава! Ко мне!

Но и у меня тоже появился новый каприз — каждое утро после подачи пайка я уезжала из «Станции 5» на два-три часа.

Я выбиралась на поверхность и поднималась высоко в горы, туда, где создавалось впечатление, будто небо и вода в озёрах способны соприкасаться и создавать бесконечную гармонию. Последние дикие земли.

Ящерры очень сильно нуждались в кислороде — поэтому они возродили наши леса по всей планете и постоянно заботились о них.

И я не знаю, что бы мы, земные люди, делали, если бы не эта их слабость. Зависимость агрессоров от чистого воздуха стала для нас неожиданным подарком: ящерры не могли существовать без густых диких лесов, а мы в них (точнее, под ними) прятались. Ящерры не желали разрушать природу ради поимки никчёмных людишек… пока.

После того, как ящерр появился на «Станции 5», моя потребность в чистом воздухе и вылазках окрепла.

В те дни я увидела больше солнца, чем за всю сознательную жизнь.

Лес, горы, утренняя роса — одна только мысль об этом наполняла тело сладкой истомой.

Лекс-Ка, скрипя ручкой, лично подписал приказ о разрешении покидать «Станцию 5» почти в любое время — моя награда за поимку судьи. Невелика награда, если подумать.

Дорога занимала не так уж много времени — тридцать минут по магистрали, не считая момента, отведённого для конспирации. Собственно, на это и уходило почти всё время — замести следы, выехать со станции, не привлекая внимания.

Раньше на мои вылазки смотрели косо, но с повышением статуса успокоились. Ещё и Глава куда-то уехал, так что я, ощущая полную свободу действий, нагло пренебрегала правилами безопасности и каждый день выбиралась к своему любимому месту.

Наша станция была одной из самых защищённых. Всего их осталось не так уж много — семнадцать на нашем континенте, ещё около тридцати разбросаны по остальным материкам.