Город засыпает, просыпается мафия

Женщины порой оказывались очень странными, на его взгляд, существами с какой-то жутко переломанной логикой. Возможно, именно поэтому он в свои тридцать девять лет так ни разу и не был женат: не выносил он ломанной логики.

— А раньше вы часто ссорились с мужем? — поинтересовался он, делая вид, что продолжает допрос по делу. — Может быть, он плохо относился к вам или к вашему сыну? Часто он давал понять, что вы ему обязаны?

— Нет-нет, что вы, — Настя даже рассмеялась от такого предположения, что показалось Дементьеву несколько странным в ее положении.

Впрочем, это вполне могла быть реакция на стресс. — Он прекрасный муж и отец. О том, что Эдик ему не родной сын, он вообще никогда вслух не говорил, даже когда другие с ним об этом заговаривали, старался скорее свернуть разговор. И хотя я всегда чувствовала себя ему обязанной, он никогда об этом не напоминал…

Настя внезапно замолчала, заметив выразительный взгляд следователя, и покраснела еще больше.

— Я поняла, что вы имеете в виду, — тихо сказала она, хотя Дементьев не проронил ни слова.

 — Но я не могу не думать о том, что он сам всю эту ситуацию создал…

— Настя, если только Кирилл не убил вашего Валерия, то никакую ситуацию он не создавал. Не он вас бросил. И неважно по какой причине.

Она задумчиво кивнула.

— Наверное, вы правы.

«По крайней мере, не стала спорить с очевидными вещами», — удовлетворенно подумал Дементьев.

Все же женщины — странные существа.

— Ответьте мне на еще один вопрос, пожалуйста, — попросил он, вспомнив кое о чем.

 — Не могу гарантировать, что это поможет расследованию, но это все же не нездоровое любопытство с моей стороны. Почему у вас с Кириллом нет общих детей? Вы не хотели? Он не хотел?

— Да нет, — она пожала плечами. — Как-то просто не случилось. Мы в какой-то момент проверялись: я здорова, он здоров, но забеременеть у меня не получалось. Прибегать к разного рода процедурам ради зачатия мы не стали. Я никогда не рвалась, у меня уже был ребенок, а он не настаивал.

 — Она вдруг печально усмехнулась. — Как выяснилось, считал, что он проклят и все равно ничего не выйдет.

Дементьева внезапно бросило в жар. Он даже неестественно выпрямился на неудобном стуле.

Настя только махнула рукой, снова смутившись.

— Да это так… Пока ссорились, он выдал. Мол, он слышал, как мать Степы перед смертью прокляла их общего отца и всех его других детей, чтобы они никогда не имели семейного счастья.