Город засыпает, просыпается мафия

Она закрыла глаза, проваливаясь в глубокий сон, но даже во сне продолжала сжимать его ладонь.

Повилас тоже ненадолго уснул, но буквально через несколько минут его словно что-то вытолкнуло из дремоты. Он даже приподнял голову над подушкой, прислушиваясь к тишине квартиры. На мгновение ему показалось, что кто-то ходит по коридору, едва слышно шурша подошвами по ламинату.

Осторожно высвободившись из объятий Таши, уже спящей по-настоящему крепко, он встал с кровати и приблизился к дверному проему, продолжая прислушиваться.

Если в квартиру кто-то и проник, то этот человек умело затаился. Повилас выглянул в коридор, а потом щелкнул выключателем на стене.

Прихожую и коридор залило светом, но они оказались пусты. Повилас облегченно выдохнул и покачал головой. Эта история окончательно выбила его из колеи. Он поднял с пола свои штаны, натянул их и прошел по освещенному коридору на кухню, выпил воды.

Сна почему-то не было ни в одном глазу. Повязка на шее мешала: кожа под ней чесалась и потела, к тому же очень хотелось принять душ, поэтому Повилас задумался о том, не снять ли ее.

Он прошел в ванную, чтобы изучить в зеркале, насколько все плохо под ней.

Все оказалось не так страшно: в конце концов, удавка не повредила кожу до крови, а остальное могло заживать и открыто, без всяких мазей, которыми врач в травмпункте щедро снабдил повязку. Повилас скомкал бинт и бросил его на раковину. Открыл воду, чтобы умыться, но так и замер, зацепившись взглядом за что-то, валяющееся на полу.

Повилас зажмурился и схватился руками за раковину, чтобы не потерять равновесие: так сильно внезапно закружилась голова. Его губы едва заметно зашевелились, повторяя все громче и громче всего одно слово:

— Нет. Нет. Нет. Нет. Нет!

Последний раз он почти выкрикнул его, открыл глаза и зло уставился на свое отражение.

— Хватит, — сказал он ему. — Хватит с меня. Я не хочу больше.

Отражение смотрело на него холодно и равнодушно, словно давно привыкло к этому сопротивлению и не воспринимало его всерьез.

Повилас видел, как его двойник в зеркале потянулся к шкафчику и достал из него хорошо знакомую опасную бритву.

— Пожалуйста, только не ее. Почему ее? Мы же так не делаем! — почти простонал Повилас.

Отражение только презрительно усмехнулось.

Повилас беспомощно опустил взгляд на руки. На бритву в своих руках.

— Я не хочу, — повторил он.

Но никто не спрашивал, чего он хочет.