Горсть песка-12

Видал я последнего Государя, прости его Господь, не судья я ему… но могу сравнить — далеко! Далеко Николаю Александровичу до господина Джугашвили… Впрочем, кажется, уже приехали?»

И сын крепостного крестьянина, умом да храбростью из солдат выслужившего всего за каких-то 35 лет офицерский чин — и так справедливо оценивший сына сапожника — привычно проверил, ровно ли сидит папаха на его отпетой, бритой наголо голове…

«Не много же вас здесь! По правде говоря, из трехсот-тысячного офицерского корпуса я ожидал увидеть больше.

Мощный, решительный, бритоголовый, вылитый Юл Бринер — в упор, не мигая, смотрел, как в волшебное зеркало — на такого же- мощного, решительного, бритоголового, вылитого Юла Бринера, только изрядно постаревшего…

Деникин: «Вы, господин Маршал, будете смеяться- но именно так сказал, принимая, если мне не изменяет память, (ЕМНИП) 12 февраля 1918 года, в станице Ольгинской «Сводно-офицерский» полк Добровольческой Армии, генерал Марков… «Много званных, да мало избранных»!

Тимошенко: «Антон Иванович, не знаю как сказать…с чего начать…ты водку- будешь?»

Деникин: «Водку?! Буду.

….. «Да я тебя, под Каховкой…»

«Что под Каховкой?! Да я тебя там крыл, как дворовую сучку орловский рысак!»

«Да за эти слова…ещё по одной?»

«Наливай, сволочь красная…думаешь, русский офицер банку не держит?! Да хр…хр… хрен тебе!»

«Антон Иваныч, тебе не хватит?»

«Ещё полска не згинела…хоть душок уже дала… А ведь ты меня не напрасно зазвал, кон-н-н-арме-е-ец…давай уж, колись…»

«Антон Иваныч…дело швах…вот чего надо…»

Абсолютно трезвым голосом: «Господин Маршал, а давайте я своих ребят в овраг отведу, а потом- из пулемёта…Результат- точно такой же…а ребяткам всё меньше мучений, туда-сюда по снегу бегать не придётся…»

Абсолютно трезвым голосом: «Да тут вот оно какое дело…»

….

«А кого же мне- этих ДЕТЕЙ посылать? Ваши-то, некоторые, по двадцать лет воюют…»

И два Юла Бриннера- старый и молодой- печально склонили голову перед неизбежным.

«Ну что же, товарищ Сурков- считаю, песня у Вас получилась…Хорошая песня. С такой песней в бой идти — можно…Спасибо. От всего советского народа- спасибо!»

«Так ведь про это, товарищ Берия — не написать нельзя! Смоленск наш- ворота Москвы! Отстоим его — значит, не допустим врага к столице…Любой бы на моём месте написал.»

«Любой- не написал. Вы- написали…У Вас есть какая-нибудь просьба? Личного характера? Не стесняйтесь, пожалуйста…Для меня- невозможного мало.