Госэкзамен

Но и то… переодевались пловцы с превеликими предосторожностями, с расчётом как раз на сторонних наблюдателей, притом с хорошим биноклем. Случай, конечно, маловероятный, но отнюдь не невозможный!

Лодку без мачт и парусов не так-то просто разглядеть на волнах даже среди бела дня, особенно если её владелец этого не желает. А вот парусное судно видно издалека! И кто поручится, что сейчас за ними не наблюдает озадаченный контрабандист?

Одев дыхательные аппараты, они угрями выскользнули за борт, со всеми предосторожностями принявшись за буксировку мин.

На месте они разобрали доски, закрепили якоря на нужной высоте и отправились назад. Впрочем, это оставшимся на судне не было видно ничего, кроме макушек пловцов, да ящиков, глубоко сидящих в воде.

Для наблюдателей время тянулось томительно и зевотно, будучи приправлено лишь лёгкой перчинкой тревоги, да возможной (но крайне маловероятной!) опасностью со стороны.

Пловцам же пришлось изрядно потрудиться, да и нервных клеток они потратили куда больше. Пускай опасность самопроизвольного взрыва мин и невелика, но всё ж таки была! А акулы, мурены и прочие морские гады, коих в этих изобильных водах предостаточно? Наконец, течение и скалы…

… так что в сумме, пожалуй, сочетание риска и усталости вышло достаточно серьёзное.

– Еле выгреб, – пожаловался рязанец, переваливаясь через борт и растекаясь лужицей на дне судёнышка. Разом заговорили все, но так же быстро и сдулись, замолкнув и обмениваясь разве только редкими фразами.

Не без труда заставив себя переодеться, привели рангоут в порядок и удалились восвояси. Как бы ни хотелось посмотреть на результаты минирования, здравый смысл (и служебные инструкции) победил дурное любопытство.

Доу вернулась в каменистую бухту, и через несколько минут к «Деве» оттуда направился самый прозаический паровой катер, который можно вообразить.

– Благополучно, командир, – коротко сказал Ерофеев, и в нескольких ёмких предложениях обрисовал операцию. Но…

… от написания отчёта его это не спасло! Потому что – инструкции.