Госэкзамен

Впрочем, связываться с экспрессивным заднеприводным он не стал… ну в самом-то деле!

Зато сержант британской морской пехоты высказался очень ёмко и ярко… Жаль, что самые интересные его высказывания заглушил шум заведённого двигателя парового катера. Потому что… ну в самом-то деле! Не отмоешься потом…

Да и что интересного может быть на этом корыте? Мелкая контрабанда? Минные аппараты сюда не поставишь, а прочее…

… ВМС Великобритании решительно не интересовало!»

– Н-да… – я хотел было пошутить, но вспомнил про свой вояж в женском обличии, и благоразумно решил смолчать.

– А не удалась бы игра? – задумчиво спросил Коста.

– Импровизировали бы, – ощерился брат, – на такие случаи у нас несколько сценариев отработано.

– Хм… – Феликс остро глянул на Саньку, – Я так понимаю, у вас были сценарии на ВСЕ случаи?

Чуть помедлив, брат кивнул, и по спине у меня пробежал холодок…

– Мы все присягу давали, – смущённо улыбнувшись, сказал Санька, – и…

Он снова оглянулся на дверь в гостиную.

Пробрало всех… хотя пожалуй, у каждого из присутствующих в жизни бывало нечто подобное, а у дяди Гиляя и Косты, так пожалуй, и не один раз.

Санька, несколько смущённый пафосом момента, решил зачем-то объясниться.

– Нет, ну в самом деле… Нас на «Деве Марии» два десятка человек всего, а на другой чаше весов – страна!

– Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за други своя, – глуховато сказал молчавший доселе Лёвка, тут же смутившись ещё хуже Саньки и старательно отворачивая заалевшее лицо.

– Да, – не совсем понятно сказал Владимир Алексеевич, достав из кармана трубку и начав набивать её подрагивающими пальцами.

«Не иначе, было вспомнилось…»

Будто по негласному уговору, историю эту в тот день мы больше не поднимали…

Санька рассказывал всё больше хиханьки и хаханьки, пусть и опасливые. Навроде того, как разыгравшийся кит прошёлся под поплавками приводнившегося аэроплана, тронув их спиной.

– … о хо-хо-хо! – гулко, как в бочку, смеялся дядя Гиляй, – Так говоришь, портки тот пилот полоскал?

– Эй! – вскинулся Санька, – Я ничего не говорил!

– Но подразумевал! – парировал бывший опекун, поблёскивая глазами.

– Да ничего подобного! – возмутился брат, делая возмущённые брови.

– И зря, – наставительно сказал Владимир Алексеевич и хохотнул, – в иных историях без щепотки перца не обойтись!

– В историях – да, – кивнул фельдкорнет Чиж, – а легендах о ВВС – нет!

– О как, – озадачился дядя Гиляй, – уел! Даже спорить не буду.