Госэкзамен

Черноволосые в мать, и синеглазые в меня… только искорки в глазах – от Фиры! Со стороны глянуть, так задохнуться от умиления можно, а характерец… впрочем, есть в кого.

Упёртые, и не всегда по делу, но впрочем – без жестокости и подлости, да учатся они с удовольствием. И со здоровьем… тьфу-тьфу!

Старший, двенадцатилетний Лев, выглянув из своей комнаты, закатил глаза и спустился вниз, мягко выговаривая за суету и шум не ко времени. Брата они обожают, так что я временами даже ревную немного! А с другой стороны, хороший ведь из него отец выйдет…

Фира наконец спустилась, ослепительно прекрасная, по праву носящая титул красивейшей женщины Африки.

– Устал ждать? – со смешком спросила любимая, встав позади и кладя мне руки на плечи.

– Так… чуть-чуть, – я чуть притянул к себе изящную кисть, целуя тонкие пальцы.

– Фу! – одновременно сморщились девочки, – Нежности!

– Пойдём! – Ева потянула за собой сестру, и они удалились, бросив в нашу сторону пренебрежительные взгляды.

– Фу! – ещё раз высказалась Афина, закрыв за собой дверь комнаты.

Несколько часов спустя мы шли из синематографа по ночным улицам Дурбана, обсуждая фильму́ и раскланиваясь с редкими прохожими. Сзади, приотстав на десяток метров, тихо шурша тугими шинами, катит автомобиль, в полированных поверхностях которого отражается свет фонарей и мерцание множества рекламных огней.

Премьера удалась, фильма́ Ялтинской киностудии, наконец-то освоившей цветную киноплёнку, была признанна несомненной удачей. Вне всякого сомнения – великолепная режиссура и чу́дная операторская работа, прекрасный звук и свет…

… а вот сценарий и подбор актёров, по моему мнению, оставлял желать лучшего!

– Какой-то… – после нескольких бокалов шампанского я несколько утерял быстроту мысли и не сразу подбираю слова, – слащавый!

Эсфирь засмеялась негромко, слегка откинув голову и показывая жемчужные зубы.

– Нет, ну правда, – не сдавался я, – в жизни таких красивых людей и не бывает! Понятно, что это грим…

– Не бывает? Точно? – перебила меня остановившаяся супруга, лукаво щуря глаза.

– Мужчин не бывает! А… ну да, как я мог забыть… – сбился я.