Господин метелей (СИ)

— Почему это так для тебя важно? — спросил Близар, поворачиваясь ко мне.

Синие глаза были словно отражение ясного неба. Но сейчас они смотрели на меня… удивленно. Удивленно?

— Почему важно? А почему нет? — ответила я ему вопросом на вопрос. — Разве вы сами не чувствуете этого?

Он промолчал, но я решила быть великодушной:

— Но пусть вы поступили плохо, наговорив на человека, добрые поступки вас хоть немного, да извиняют. Ведь разве это не прекрасно? — я мечтательно посмотрела на площадь со снежными и ледяными фигурами.

 — Вы сделали счастливыми столько людей!

— Сделал, сделал, а потом сутки валялся, как раздавленный жук, — фыркнул Сияваршан, делая вид, что оглянулся, выпрашивая сахар.

— Разве это не стоило того? — несмотря на то, что я была сердита на Близара за ложь, я не смогла не улыбнуться.

— Ты о ледяном доме или о серебре для простушки? — тут же спросил призрак.

— И о том, и о другом, о говорящий конь! — ответила я со смехом, а Близар без особой нежности вытянул Сияваршана по черному лоснящемуся крупу.

Один из парней забрался на самую макушку горы, свистнул и покатился вниз — на ногах, разумеется. Но этого ему показалось мало, и он развернулся спиной вперед, чем немедленно заслужил вопли восторга и от детворы, и от прохожих. Он доехал почти до самого низа, и только здесь потерял равновесие и с хохотом рухнул в сугроб.

Смельчака бросились поднимать и отряхивать от снега. Его хлопали по плечам и спине, восхищаясь смелостью и ругая за безрассудство, а он только смеялся.

Он снял шапку и несколько раз ударил ее о колено, отряхивая, и я узнала юношу — это был Оливер де Шанкло. Я тут же отвернулась и спрятала лицо за воротником. Близар заметил это, но ничего не сказал. Он уже подхлестнул коней, но Оливер вдруг бросился наперерез саням, махая рукой.

— Здравствуйте, магистр! — сказал он, подбегая и хватаясь за край саней. — Здравствуйте… госпожа! — он приветствовал и меня, но не назвал по имени, за что я взглянула на юношу с благодарностью.

Мне совсем не хотелось, чтобы на площади, прилюдно, прозвучало имя Антонелли.

Близар равнодушно кивнул, а я даже не ответила на приветствие, потому что было стыдно, нестерпимо стыдно, и еще выше подняла воротник.

— Замечательный подарок к Рождеству! — сказал Оливер де Шанкло, обращаясь к Близару. — Это так великодушно с вашей стороны.