Зарылась пальцами в волосы. Целуя твердый, немного колючий подбородок. Впитывая полувздох-полустон:
— Лис...
Подняла голову, поймала потемневший взгляд своего алхора, потянулась к его губам, и мир привычно исчез, оставив нас наедине.
Эпилог
Айтон улыбался, нахально подглядывая за мной из-под опущенных ресниц.
Нет, он, конечно, делал вид, что совсем-совсем не смотрит, как я и просила. Но его выдавала улыбка — довольная, сияющая, чуть лукавая
И под этим его искушающим взглядом я спешно натягивала на себя платье.
Путаясь в завязках, петлях и невольно краснея от откровенных, жарких мыслей, что сейчас приходили в голову.
Да, хоть это и звучит совершенно невероятно, я до сих пор не разучилась краснеть в присутствии мужа.
А ведь он прекрасно знал, чем обычно заканчиваются подобные сцены: мое платье летит в одну, его одежда — в другую, а мы снова оказываемся в кровати. Или на диване. На столе. На подоконнике. В его любимом душе, вдвоем. Где угодно, только не на заседании совета.
Совет…
Хыг побери, сегодняшнего отсутствия нам точно не простят.
А ведь еще в башню надо успеть заскочить. Со всеми пообщаться. Всех выслушать. Помирить. Еще раз помирить. Расцеловать.
— Айт! Ты же обещал не шпионить.
Сердито отвернулась.
— Ну, прости, найтири... Прости.
Веселый смех, в котором не было ни капли раскаяния, стремительные шаги, и твердые ладони уверенно легли мне на талию, а шеи коснулись жадные губы. Выгнулась в сильных руках, запрокидывая голову, мягко потерлась бедрами. Дыхание мужа тут же потяжелело.
Он шумно втянул воздух сквозь стиснутые зубы, и это немного отрезвило.
— Айт… Совет… Забыл?
— Забудешь тут.
На мгновение меня теснее прижали к горячему телу, недвусмысленно демонстрируя всю силу желания, а потом развернули лицом к открытому окну. К солнцу. Свету. Улыбке Айтона.
— Давай помогу.
Его пальцы нарочито медленно начали застегивать пуговички на лифе, успевая нежно поглаживать обнаженную кожу, затем, словно ненароком, коснулись груди, и я не сдержала стона.
Нет, это Сахтар знает, что такое.
Муж тут же остановился.
— Давай никуда не пойдем, лисенок? Как-нибудь обойдутся и без нас. Закроемся на сто тысяч магических замков, снимем все эти тряпки и прикажем не тревожить нас, как минимум… часов десять. В душ вместе сходим для начала, м-м-м? — хрипло шепнул он.
А я…
Я замерла.
«…никуда не пойдем… сто тысяч замков… прикажем не тревожить» — эхом отдавалось в голове, пробуждая почти забытые горькие воспоминания.
