Господин Ректор

После моих слов из Стаса будто выпустили воздух, он сгорбился и отвел от меня глаза тихо, с нотками отчаяния проговорив:

— Тогда почему она мне не сказала?

— Возможно до последнего и сама не понимала, что произошло. — доброжелательно проговорил отец.

И кивнув вскинувшему глаза Стасу двинулся дальше, на ходу поясняя:

— Обряд Единения, это то что мы проходим встретив свою шиати, свою половинку, единственную в мире женщину с которой можем создать семью. Если в паре оба готовы принять друг друга, то появляются парные татуировки на правой руке.

 — отец подвернул рукав камзола поддел рубашку на правой руке демонстрируя край тату которую я видел тысячи раз, разглядывая и мучительно гадая украсит ли подобная вязь мою правую руку когда-то? Из за края белоснежной рубашки на запястье слегка выглядывала фактурно прорисованная рукоятка кинжала обвитого виноградной лозой.

Их суть изображенная на руках. Отец стальной кинжал, быстрый и тонкий как удар мысли, мать виноградная лоза — хрупкая и плодоносная. У неё четверо детей, первая пара во всем нашем роду насколько богатая на детей.

Обычно даже в побочных ветвях клана не больше одного, реже двух детей. А тут четверо сыновей.

— Но татуировки образуются только тогда, когда партнёры готовы принять друг друга полностью как супруги. Там понимаешь? — постучал указательным пальцем по своему виску. — У себя в голове. То что у твоего отца проявилась брачное тату, значит, что твоя мама приняла его. Но мы же не контролируем мысли постоянно. Так что она могла мысленно в глубине себя принять его как супруга, но еще не сформулировать этого осознанно, понял?

Стас кивнул и задумчиво уставился перед собой.

Осознавая и переваривая откровения.

Отец незаметно мне подмигнул, приводя камзол в порядок, я в ответ поморщился.

Как получилось, что я не понял истинного отношения сына к себе и к ситуации? Мы ведь так легко находили общий язык тренируясь. Стас ни разу не выказал и сотой доли той дерзости, что проявлял сегодня.

И если первую вспышку я мог списать на стресс от внезапного исчезновения матери, то последующее планомерное хамство, никак в это не вписывается.

Тем более не вписывается его реакция на новости о нашем браке. Да, Кира переживала, чтобы я не говорил и не делал лишнего перед Стасом, чтобы он не понял масштабов моей реальной осады своей шиати, но я искренне считал это глупой женской перестраховкой. Она говорила, что его нужно тщательно подготовить к моему появлению в её жизни. И кажется я понял о чем она.