Несколько раз повёл стопой туда-сюда, наклонился вперёд – и исчез, едва коснувшись ногой земли.
Явор Заядло постучал по шлему Роланда кулаком.
– Ну-кась, громаздый Герой! Попёрли!
Выхода не было. Тиффани даже сомневалась, что есть вход.
– Будь ты Летней Владычицей, мы бы станцевали, – сказал Зимовей. – Теперь-то я знаю, что ты – не она, ты только ею кажешься. Но ради тебя я стал человеком, и я не могу быть один."
"Разум Тиффани отчаянно пытался найти выход. Перед её внутренним взором промелькнул молодой дубок, побеги, проклюнувшиеся от прикосновения ног, рог изобилия.
Божественного во мне хватит лишь на то, чтобы обмануть жёлудь, половицы и горстку семян, подумала она. Я совсем как Зимовей. Железа довольно, чтоб выковать гвоздь, не делает снеговика человеком, а пара дубовых листьев не делает меня богиней.
– Пойдём, – позвал Зимовей. – Я покажу тебе мой мир. Наш мир.
Открыв глаза, Роланд увидел только тени. Ничто не отбрасывало их, они плавали в воздухе сами по себе, как паутина.
– Я думал, тут несколько… жарче, – проговорил он, стараясь не выдать облегчения.
Вокруг него из пустоты возникали Фигли.
– Жары – то в Преисподнях, – сказал Явор Заядло. – Там и впрямь мал-мал припекает. А в Подземновых царствах сплошь мраки. Сюдыть заблудшие попадают.
– Что? Хочешь сказать, если тёмной ночью свернуть не туда…
– Ах, нае! Я про мертварей. Хто, бывалоча, кирдыкснется не тогдыть, иль кому идтить некуды, иль хто в щелину меж миров завалится, а как выкарабкнуться – ни бум-бум. Тута есть таких, хто даж ни бум-бум, кудыть их занесло, бедолажцев.
И такого понавались. В Подземновых царствах хаханек не оченно-то слыхать. Это вот звалось Лимбой, потому что раньше дверь тут оченно низкая была[30]. И сдаётся, этое место мал-мал протухло с тех пор, как мы прошлый рядь сюдыть суйносили.
Он крикнул своим:
– А ну кыкс, ребя, ура Мал-да-удалу Штырю, кой с нами попервой в подземли впёр!
Раздался дружный приветственный вопль, и Мал-да-удал Штырь помахал в ответ мечом.
Роланд двинулся вперёд сквозь тени.
Оказалось, что тени обладают некоторой плотностью. Сам воздух под землёй был серый. Порой слышались стоны, иногда в отдалении кто-то кашлял. А потом раздались шаркающие шаги. Кто-то, пока ещё невидимый сквозь тени, приближался к Роланду.
Юноша выхватил меч и стал вглядываться во мрак. Тени расступились, и он увидел старуху в лохмотьях. Она тащила за собой картонную коробку на верёвочке. Когда хозяйка дёргала за верёвку, коробка подпрыгивала.
