Да охолоните вы, я вас прям ща пар-жарить не бу. Ты! Кыкс тя звать?
– Я – Явор Заядло Фигль, Большой Человек клана Мелового холма, – ответил человечек в шлеме из кроличьего черепа. – И…
– Ах-ха? Большой Человек, знатца? Ну тады сделай мне любезнысть, сыми свой чепунец, когды со мной гришь! – скомандовала госпожа Вероломна, до крайности довольная собой. – И выпрямься! Не потерплю, чтоб в моём домище наперекосяк стояли!
Все четверо Фиглей тут же вытянулись в струнку.
– То-то ж! – одобрила госпожа Вероломна. – А вы, остатние, хто таковые бу?
– Эт’ мой брат Туп Вулли, гжа, – сказал Явор Заядло, тронув за плечо того Фигля, который всё норовил расхныкаться.
Названный Туп Вулли в немом ужасе таращился на Енохи и Атутиту.
– А эти двое? Тойсь, он те два? – спросила госпожа Вероломна. – Вот ты. Тойсь, от ты, с визжалью. Ты никыкс гоннагл?
– Ах-ха, хозяйка, – сказал Фигль, выглядевший несколько почище и поопрятнее остальных (хотя надо признать, что и под старой корягой легко встретить существ почище и поопрятнее Тупа Вулли).
– И зовут тя?..
– Билли Мордаст, хозяйка.
– Чтой-то ты тыкс на меня пыришься, Билли Мордаст? – усмехнулась госпожа Вероломна. – Никыкс трусишься?
– Нае, хозяйка. Любоваюсь. Отрадностно сердцу моёму зырить такую… ведьмастую ведьму.
– О кыкс, знатца? – недоверчиво спросила госпожа Вероломна. – И чё, Билли Мордаст, ты уверен, что ни капели меня не боякаешься?
– Нае, хозяйка. Но ежли желашь, могу и побоякаться, – осторожно ответил Билли.
– Ха! – сказала госпожа Вероломна.
– Да ты, я смотрю… я зырю, у нас тута умникс! А хто таков твой громаздый друган?"
"Билли ткнул Громазда Йана локтем в бок. Тут весь извёлся от беспокойства. Громазд Йан по меркам Фиглей был огромным детиной, но, как и многие люди, отличающиеся большой физической силой, он очень нервничал, когда приходилось иметь дело с теми, чья сила иного рода.
– Эт’ Громазд Йан, хозяйка, – пришёл ему на выручку Билли, потому что Громазд Йан совсем растерялся и только таращился себе под ноги.
– Я зырю, он носит на шее громазды зубья, – заметила госпожа Вероломна. – Никак человечьи?
– Ах-ха, хозяйка. Четыре зубовины, хозяйка. По одной за кажденного мущщину, какого он вырубил.
– Ты про человеческих мужчин говоришь? – переспросила госпожа Вероломна в изумлении.
– Ах-ха, хозяйка, – подтвердил Билли Мордаст. – Он обыченно на них с деревьев прыгс балдой вниз. Йан, он на черепокс оченно крепок, – добавил гоннагл, как будто это было и так не ясно.
