Это и правда был очень короткий промежуток времени, но Тиффани успела заметить.
– Госпожа Увёртка уверена, Аннаграмма замечательно справится, – сказала мисс Тик.
– А вы?
– Не забывай, с кем разговариваешь!
– Я разговариваю с вами, мисс Тик! И то, что вы задумали… неправильно. – Тиффани сердито смотрела на ведьму.
Краем глаза она заметила движение. Полное блюдо сосисок самостоятельно и быстро передвигалось по скатерти.
– А это – воровство! – прорычала Тиффани и бросилась в погоню.
Блюдо, скользя в нескольких футах над землёй, обогнуло дом и скрылось за козьим сараем.
Там в укромном уголке на усыпанной палой листвой земле стояли несколько тарелок. На тарелках лежали щедро сдобренная маслом картошка, дюжина ветчинных рулетиков, горка варёных яиц и две жареные курицы. Всё, кроме сосисок на блюде, которое уже обрело стабильность, было понадкусано.
И никаких признаков Фиглей – верный признак, что они где-то рядом. Они всегда прятались от Тиффани, почуяв, что она не в духе.
А она и правда была очень зла.
Не столько на Фиглей, хотя их дурацкие игры в прятки и раздражали, сколько на мисс Тик, и матушку Ветровоск, и Аннаграмму, и госпожу Вероломну (за то, что она решила умереть), и даже на самого Зимовея (за очень многое, просто у неё пока не было времени подумать и облечь это «многое» в слова).
Тиффани отступила на шаг и замерла.
Вскоре пришло знакомое ощущение, но если обычно она медленно и безмятежно скользила куда-то, то на этот раз словно погружалась во мрак.
Когда Тиффани открыла глаза, мир был отдельно от неё, как если бы она заглядывала в огромный зал через окно.
Звуки стали приглушёнными, словно доносились издалека, и кожа между глаз слегка чесалась.
Из-под сухих листьев и веток, даже из-под тарелок показались Фигли. Их голоса раздавались будто под водой.
– Раскудрыть! Она сотварнула с нами какое-то страшное колдунство!
– Раньше она тако не делала!
«Ха! Вы прятались от меня, а теперь я спряталась от вас, – подумала Тиффани. – Для разнообразия. Хмм, интересно, а что будет, если пошевелиться?» Она шагнула в сторону.
Фигли, похоже, ничего не заметили.
– А вдруг она ща как напрыгнет! Ой-ёи…
Ха! Вот бы подобраться так к матушке Ветровоск, то-то бы она удивилась…
Зуд на переносице становился всё сильнее, и ещё у неё появилось ощущение, очень похожее на то, которое возникает, когда срочно надо в туалет, хотя, к счастью, ей пока было туда не надо. Это чувство говорило: скоро что-то произойдёт и неплохо бы к этому подготовиться.
