– Новый знакомец смотрел на нас во все глаза. - Сынок мой, Милун, опять же! Петельщики мы! – на этот раз очередь кланяться была здоровяку, что нервно мял шапку в руках.
- Тебя не от Сотворения Семина велели сказывать! – недовольно поджав губы, вмешался Жарко. – С какой, стал быть, бедой пришёл-то? А то ведь «недовольны» они! Так вашими, это самое, указаниями, господин Марко, и недоволен он!
- Недоволен? Да неужто? – Марко сурово поджал губы и высокомерно выставил вперёд подбородок. – Ну, так поведай нам недовольство своё, да сперва подумай крепко, о чём говорить надобно!
«Щас одуван схлопочет, как пить дать!» - проснулась шиза.
– «Давай, подруга, спасай ветерана! Отвлеки этого «наполеона». Очень жаль, но Марко отвлекаться не собирался. Он смотрел на пожилого гражданина, как солдат на вошь, и явно собирался того «четвертовать». Какое счастье, что с нами была Анджела! Никогда не сомневалась в том, что однажды и это существо способно принести пользу обществу.
- А кто такие петельщики? И чем они занимаются? – проворковал образец всевозможных добродетелей.
- Отвечай, коли спрашивают – Жарко ткнул пальцем в бок дедулю.
- Ну, так – известно чем – хитро прищурился дед Лука – корзины из ивняка плетём, большие да малые! А корзинами нашими, почитай, вся деревня пользуется, да радуется. Таких мастеров, поди, и в самой столице не сыщешь! И я, и сынок мой – кивок в сторону детинушки – А вот беда - то какая приключилася: всю, почитай, иву – то истребили, значит! Когда очищали землю для «осушения» свово! А вся семья моя кормится с того! И отец мой петельщиком был, и вот сынка вот, Милуна, сталбыть, приохотил… - тут дедуля добавил в голос немного слезы, очевидно, для большего эффекта!
- О! Марко! Мой друг! – умильно сложила ладошки на груди Анджела – Простите этого человека!- И, не дав ответить бедному «другу», повернулась к деду Луке.
- Ну а ежели так, то в поместье папеньки моего также деревья водятся! Ивняка, правда, не припомню я, но зато есть дубы и клёны! И нам их не жалко ничуть! Можете плести сколь угодно! - девушка счастливо улыбалась и разводила руками в стороны для того, чтобы показать размер своей щедрости.
Я мысленно представила себе корзину, сплетённую из ветвей дуба, и только лишь огромным усилием воли сумела не рассмеяться в лицо будущего мецената!
- Мы это, бать, пойдём, пожалуй… - нарушил гробовую тишину Милун, и тихонько потянул ветерана за рукав.
