– Перестань – это только твое, я ведь обещала. Поедем домой, Егор, я устала…
И он подчинился, попросив всех извинить их и продолжать гулять. Они откланялись и уехали, прихватив с собой Хохла. Шел снег, но было так тепло и хорошо, что Коваль открыла люк и встала на сиденье, высунувшись на улицу по пояс. Егор придерживал ее за ноги, а она, раскинув в стороны руки, хохотала, как ненормальная.
– Малыш, заставь ее сесть, – не выдержал Хохол. – Она без шапки, грудь голая – простынет, ей ведь нельзя.
И – странное дело – Егор внял голосу разума и потянул Марину вниз, закрывая люк.
– Спятила совсем? Не болела давно? – грозно спросил он, застегивая ее шубу и надевая на голову капюшон.
– Ты вошел в роль мужа, да, Малыш?
– При чем тут это? Просто Хохол прав – тебе совсем немного надо, чтобы простудиться, а я веду себя как дурак и позволяю тебе делать такие вещи.
– Ты видел бы, какие вещи она при мне вытворяла, – вздохнул вдруг Хохол. – Один только прыжок в бассейн чего стоил!
– А ты меня потом чуть в сауне заживо не сжег! Порфирий Иванов нашелся! – не осталась Коваль в долгу, и все втроем захохотали.
""Черт побери, приятно, когда вокруг тебя все спокойно и мирно, никто не орет и не ругается, не рвется перегрызть другому горло…""
Правда, дома ждал еще один сюрприз – в центре гостиной красовался такой громадный букетище ярко-красных роз, что Марина дара речи лишилась. Полусонная Даша объяснила, что цветы три часа назад привезли от Беса.
– Сдурел братец твой, – шепнула Марина Малышу, окидывая букет взглядом еще раз.
– Чует мое сердце – что-то замыслил, не иначе, – спокойно отозвался Егор, помогая ей снять шубу и присаживаясь на корточки, чтобы то же самое сделать и с туфлями.
– С чего ты решил?
– А он ни одного шага не сделает, не просчитав выгоды. Будь внимательна, детка моя, он не посчитается ни с чем и ни с кем.
– Мне с ним, к счастью, делить нечего, – отмахнулась она. – Все, я иду спать, и до обеда меня даже не трогать – убью!
…Все вроде бы пришло в равновесие – Марина с Малышом жили вместе, проводя друг с другом столько времени, сколько позволяли дела, но даже во время заседаний и деловых встреч он ухитрялся позвонить ей, чтобы просто услышать голос, просто сказанное в трубку ""Алло!"".
Впервые за несколько лет они вдвоем встретили Новый год, сидя у камина на белой медвежьей шкуре и любуясь отблесками пламени на стенах темной каминной.
