– Я думаю, это не его – это меня хотели убить, – тем же будничным тоном отозвалась Коваль, как будто речь шла о поездке в автобусе, а не о смерти.
– Кто?! – взвился Бес, вскакивая и начиная метаться по каминной туда-сюда. – Кто, скажи?!
– Не мелькай, – попросила Марина, поморщившись – голова и так кружилась от выпитого. – Не знаю. Но хотели убрать точно не Егора – ведь действительно, он ни с кем не враждовал открыто, кроме меня, но это было очень давно, и уж я-то точно этого не делала.
– Коваль, из дома – ни шагу, даже нос не высовывай, иначе тот, кто тебя заказал, доделает свое дело, – приказал Бес.
– Я потерял брата, тебя терять не хочу! Хохол, слышишь?!
– Я и так буду с ней, – твердо сказал Хохол, и Бес понимающе закивал.
– Я постараюсь поискать того, кто мог тебя… – задумчиво протянул он, – но ты честно скажи – сама на кого грешишь?
– Неужели ты не понимаешь, что мне сейчас не до этого? – тихо сказала Марина, глядя в темное окно, за которым покачивался фонарь, заливая двор светом.
– Я не представляю, как мне жить дальше, что делать… Я вынуждена буду хоронить его под чужой фамилией, как вообще это все будет выглядеть? Господи, почему этот лох-киллер промахнулся? – Коваль вцепилась руками в волосы и сжала зубы, чтобы не завыть снова в голос.
– Спятила совсем? Значит, не судьба тебе умирать, не время, – спокойно отозвался Бес, погладив ее по голове. – Ты молодец, держишься. Я, признаться, боялся к тебе ехать, думал – тут пыль до потолка, а ты…
– Я пережила уже однажды его смерть.
А теперь просто не могу осознать, понять не могу… Вот только что был, рядом стоял, я наклонилась – и все, нет его… Если бы не эта чертова цепочка, не упавшая подвеска – и не он, а я лежала бы сейчас в морге с простреленным виском… Я, а не он. Где справедливость?! Ведь Егор давно уже не связан с криминалом, он просто строил дома, не ввязывался в разборки, не лез на чужую территорию… За что, скажи?!
– Знал бы прикуп, жил бы в Сочи, – вздохнул Бес, крепко прижимая ее к себе.
– Успокойся, девочка, я обещаю тебе, что найду того, кто это сделал, и ты отомстишь, как захочешь.
– Я отомщу, как умею, – зло бросила Марина, высвобождаясь из его объятий.
Коваль взглянула на Женьку и произнесла только одно слово, только одно, но его хватило:
– Отдай."
"Он вытащил бутылку текилы из-за кресла и молча протянул ей. Марина допила остатки прямо из горла, швырнула пустую тару в стену, разбив ее в мелкие брызги, встала и пошла в спальню.
