"
"Пока огромный черный ""Хаммер"" летел по мокрой майской дороге в город, Коваль курила и думала, о чем же пойдет сейчас речь, и вообще – не превратится ли она из потерпевшей в обвиняемую. А что, у них в городе чего хочешь можно ожидать. У здания городской прокуратуры уже ждал Петрович – адвокат Малыша, доставшийся Марине, так сказать, в наследство. Вальяжный седой мужчина прогуливался возле серебристой ""БМВ"", зажав под мышкой какую-то папку, и с первого взгляда на него становилось ясно, что этот адвокат получает гонорар не в государственной конторе.
– О, Марина, наконец-то! – помогая ей выйти из машины, проговорил Петрович. – Стою тут битый час, как первокурсник на свидании. Ведь велел тебе – не опаздывай!
– Петрович, ты за базаром-то следи, – мрачно посоветовал Хохол, закуривая сигарету. – Поди, не с уркой разговариваешь – ""велел""!
– Расслабься, Хохол, – процедила Коваль сквозь зубы, оглядываясь по сторонам – не по себе ей было возле этого заведения. – Ты меня нервируешь. Что, Петрович, пойдем?
– Да, дорогая, пойдем – раньше сядешь… ну, сама знаешь, да?
– Не шути так больше! – предупредила Марина, разозлившись.
– За что я тебе тогда деньги плачу?
– Ты все такая же конкретная дама, как и была, – галантно подставил ей локоть адвокат, чтобы Марина могла опереться на него, а не на трость, с которой опять не расставалась. – Как живется-то?
– Как видишь, Петрович, не пропала.
– Молодец, дорогая, всегда в форме, всегда по понятиям. Откуда ты понахваталась только всего этого? – Адвокат пропустил ее вперед, в узкую дверь прокуратуры, и повел дальше по коридору, к кабинету следователя.
Коваль не удостоила его ответом, меньше всего ей хотелось сейчас обсуждать причины, приведшие ее в этот мир, да и начало потряхивать от волнения.
Здание прокуратуры было старое, построенное еще в прошлом веке, и его темные, узкие коридорчики со множеством одинаковых дверей наводили на мысль о сходстве с лабиринтом или игрой в поиск сокровищ. В Маринином случае сокровищем можно было считать свободу и безопасность.
Кабинет следователя находился на третьем этаже особнячка, пришлось преодолеть несколько довольно крутых и расшатанных лестниц. Марина недовольно пробормотала:
– За те взятки, что здесь берутся, можно было уже приличный ремонт сделать. Или хотя бы лестницы поменять.
– Дорогая, рот открывай пореже, на вопросы отвечай кратко и по существу, лишнего не пори, – инструктировал ее между тем Петрович.
