В палате стало душновато, но открывать окно Коваль боялась – после операции любой сквозняк может привести к пневмонии. Хохол снова очнулся, протянул руку, коснулся Марининого колена:
– Езжай домой, киска… не сиди тут… мало ли что…
– Дурак! – рявкнула она. – Не сметь говорить мне такого! Я буду с тобой столько, сколько нужно, до тех пор, пока не поставлю тебя на ноги!
– Киска… не кричи на меня…
– Да, родной, не буду… – сразу опомнилась она, прижимая его руку к своей щеке. – Ты поспи, ладно? Я покурить схожу и вернусь.
Даша, побудешь?
– Да, Марина Викторовна, вы идите. А может, с Виолой Викторовной до кафе доедете?
Даша заняла Маринино место возле кровати и привычным жестом подперла кулаком щеку, глядя на Хохла. Марина тоже смотрела на него и разрывалась между желанием выйти отсюда хоть на часок и боязнью оставить его.
– Конечно, Даша, о чем речь! – решительно сказала Ветка, беря подругу под руку. – Часа на два подменишь мать Терезу?
– Заткнись, дорогая! – процедила Марина, вернувшись к Хохлу и поцеловав его в губы.
– Не скучай, ладно?
– Езжай, киска…
Позвав Севу, Коваль велела ему остаться возле Дашки и Хохла, а Генку взяла с собой, и на Веткиной ""бэшке"", сопровождаемые ""Хаммером"", они поехали в кафе неподалеку от больницы. Пока делали заказ, зазвонил Маринин телефон. К удивлению Марины, это оказался отец.
– Папа, ты как меня нашел?
– Дорогая, твой брат в милиции служит! Я даже не знал, что ты так часто телефонный номер меняешь, – рассмеялся он.
– Как ты там, доченька?
– Хреново, пап, – призналась она, обрадованная возможностью пожаловаться близкому человеку. – Женьку ранили вчера, он в больнице, а позавчера убили моего заместителя и четверых охранников. Гора трупов, папа.
– Ты сама-то как?
– Да мне-то что? Я в порядке.
– Хочешь, я к тебе приеду? – предложил он, но Коваль отказалась:
– Не стоит, пап. Твой приезд только осложнит мне жизнь, если честно.
Ты лучше просто звони мне, ладно?
– Береги себя, доченька, обещаешь?
– Обещаю.
Разговор расстроил – отец слишком плохо знал свою дочь, прося об осторожности, и то, что она пообещала, вовсе не означало, что так оно и будет.
– Чего напряглась? – поверх ее руки легла Веткина, поглаживая пальцы.
– Так…
– Может, ко мне поедем? – осторожно предложила подруга. – Душ примешь, то, се…
– Знаю я твое ""то, се""! – засмеялась Марина.
