Следуя вьющейся змейкой тропинке между навалившихся во время камнепадов обломков булыжников, я шла по каньону. Жутковатое место, конечно. Нервы были напряжены, и, казалось, все чувства обострились.
Завернула за очередной огромный валун и остановилась, потеряв влекущую меня нить. Надо понимать, я на месте? Но тут же никого нет.
А хотя нет, есть… Впереди, в некотором отдалении, под валуном я увидела углубление, которое выдули ветра, а чьи-то руки или лапы расширили и превратили в убежище. И оттуда на меня смотрели глаза.
Э-э-э…
Много глаз. Устало, обреченно, как у существа, которое умирает и понимает это. И все бы ничего, но я жутко, панически боюсь пауков. Любых. Начиная от крохотных, почти невидимых, которые летают летом на тончайших паутинках и иногда могут угодить на людей. И заканчивая большими косиножками, которых детвора зачастую ловит и мучает.
А я боюсь их всех. До визга, бешеных прыжков на любые поверхности, лишь бы оказаться подальше. У меня это не просто: ""ой, фу, пакость какая, уберите это от меня"".
А настоящая фобия. Сильная.
Сейчас, когда в мою сторону не отрываясь смотрели шесть больших глаз, на меня напал панический ступор. Я даже заорать не могла. Потому что пищать при виде мелкой гадости — это привычно. А когда гадость, которую ты боишься до полуобморока, размером с молодого бычка, то тут даже дыхание сбивается от ужаса.
Я таращилась на свой личный персональный кошмар и пыталась вдохнуть. А не получалось. Но что самое странное, в глазах этого… членистоногого и жуткого промелькнуло вполне явное и осмысленное удивление.
Оно явно не ожидало увидеть здесь меня.
Сюрприз, да. Я тебя тоже не хотела встречать. Господи, как же вдохнуть-то? Горло свело в спазме, и я, пошатнувшись, оперлась рукой о скалу. Согнулась, опираясь второй рукой о колено.
Дыши, Агата, дыши. Иначе твой конец будет печальным и бесславным.
Паучище качнулось и начало выползать. Ох, господи, ты боже мой. Я и так сейчас от панической атаки окочурюсь, а ты еще шевелишь в мою сторону всеми своими ногами…
И в тот момент, когда я уже собралась упасть в обморок, меня кто-то толкнул чем-то мягким в бок.
От ужаса я заорала и задышала."
"А рядом со мной встал огромный, вздыбивший шерсть на загривке, вполне осязаемый белый волк с оскаленной в беззвучном рыке пастью.
— Слава богу, — осознав, что мне на помощь пришел постоялец отеля, прошептала я.
В коленях образовалась слабость, они мелко задрожали, и мне пришлось опуститься на корточки.
