Оно не отзывается в памяти никак.
Волк, шагающий слева от меня, фыркнул, а я нахмурилась.
— Бора… Бора… Что-то знакомое. Бора, борей… Гиперборей… Северный ветер. А, вспомнила. Бора — это такой порывистый холодный ветер. Подробнее не могу сказать. Что-то там еще было про белую и черную бору. Но тут даже не спрашивай, не смогу ответить, почему они такие. А ты у нас, значит, маг воздуха. Да, Рауль? Но это точнее смогут сказать только Феликс и Ориэль.
Блондинка снова остановилась и опять, не мигая, уставилась на меня.
— Как вы это делаете, госпожа Агата?
— Что? — моргнула я.
— Это… Ничего обо мне не знаете, мы только что познакомились. А вы идете и… рассказываете мне обо мне. И, знаете, что самое странное?
— Что?
— Я больше чем уверена, где-то вот тут, в душе, — приложила она ладонь к солнечному сплетению, — что вы говорите истину. Что я была… гадкой. И совсем не имела друзей. Это обидно. Почему у меня не было друзей? Я хочу. Но их не было… И то, что меня никто не любил. Это еще обиднее, я ведь красивая.
Но я знаю, что вы говорите правду, хотя совсем ничего обо мне не знаете. Это неприятно сознавать.
— Да не обращай внимания, — неловко улыбнулась я. — Ты же сама говоришь, я тебя совсем не знаю. Мало ли что я ляпнула. Но не со зла, прости. Наоборот, хотела тебя подбодрить, но как-то не получилось.
Я хмыкнула, пожала плечами и, кивнув в сторону отеля, поторапливая, двинулась вперед.
— Это ваша суть. Госпожа Хилапея сказала, вы проводница. Приемник.
Я вдруг вспомнила о таких одаренных. Вы редкость, госпожа Агата. Таких, как вы, рождается очень мало, вас берегут, ценят и мечтают заполучить в собственность все правители всех миров. Я бы вас точно забрала и не выпускала. Мне бы папа помог. И себе захотел бы забрать, но я бы не отдала. Но вы не волнуйтесь, я бы вам обеспечила хорошую башню, вы бы ни в чем не нуждались. А вы давали бы информацию… Ой, — в очередной раз сбившись с шага, она прихлопнула себя по губам и опять вытаращилась на меня.
— Вот-вот, — вздохнула я, офигевая от только что услышанного. — Меня желают заполучить в собственность? Я что, вещь?
Блондинка помотала головой. Поморгала, сморщила нос, словно собралась заплакать, но внезапно передумала, убрала ладонь от лица и произнесла:
— Я подарю вам свое покровительство. Позднее. Когда вспомню себя. Я… что-то могла, что-то важное, сильное. Да, вы правы. Ветер. Сильный ветер, это про меня. Идемте, госпожа Агата.
