Что до нарушения договоров по причине их несоблюдения, то об этом я не говорю, ибо это вещь обыкновенная; здесь речь идет о выходящих из ряда вон обстоятельствах, и при этом, как следует из вышесказанного, заблуждения народа не столь значительны и ему можно больше доверять, чем государю.
Глава LX
О том, что при выборах консулов и других должностных лиц в Риме не смотрели на возраст"
"По мере развертывания римской истории можно заметить, что когда консулов стали выбирать из плебеев, республика доверила эту должность всем своим гражданам, невзирая на их возраст и происхождение; впрочем, римляне никогда не обращали внимания на лета, отдавая предпочтение доблести, будь то в молодом человеке или в старике.
В доказательство можно сослаться на Валерия Корвина, выбранного консулом в двадцать три года; этот Валерий, обращаясь к своим солдатам, сказал, что консульство является «praemium virtutis, non sanguinis» [31] . Можно много спорить о том, было ли это обыкновение хорошо продумано или нет.
Что касается происхождения, то не думать о нем заставила необходимость; и всякий город, который хотел бы добиться равнозначных с Римом успехов, будет вынужден к этому, как и Рим, о чем уже говорилось выше, ибо нельзя заставить людей переносить невзгоды, не вознаграждая их, и отнимать надежду на награду очень опасно. Поэтому и следовало дать надежду плебсу на получение консульских должностей, каковой надежды для него некоторое время было достаточно; но потом этого стало мало, и потребовалось воплотить ее в жизнь.
Однако, если в каком-то городе от плебеев не требуется проявления доблести, там можно обходиться с ними по-другому, что мы обсуждали выше; но кто хочет уподобиться Риму, тот не должен здесь делать никаких различий. А раз так, скидки на возраст также невозможны, даже напротив, ведь при избрании молодого человека на должность, требующую старческой умудренности, надо стараться, чтобы какой-нибудь выдающийся поступок уже делал его достойным этого звания, потому что в выборах участвует народная масса.
И если какой-то молодой человек благодаря своей доблести отличился в важных делах, то было бы очень прискорбно, если бы город не мог воспользоваться ею снова и должен был ожидать, пока с годами он утратит живость и бодрость духа, которые могли бы послужить отечеству, как послужили Риму Валерий Корвин, Сципион и Помпей, а также многие другие, которые стали триумфаторами еще в юности.
