Государь (СИ)

— Да? И что с ними не так?

Раскатисто кашлянув, на помощь временному союзнику пришел подскарбий Волович, с нескрываемым злорадством пояснивший:

— Канцлер поставил их надзирать за возведением новых крепостиц на границе с Диким полем, а они в том деле изрядно проворовались. К слову, и лопаты с пилами из тульского уклада они тоже большей частью покрали и продали иноземным негоциантам.

— Вот как?.. Это же та ветвь семьи, что владеет Вишневцами?

Как-то неопределенно поведя плечами, молодой правитель неожиданно мягким голосом обратился к великому канцлеру литовскому, отчего-то вновь успевшему налиться дурным багрянцем пополам с синевой:

— Николай, доведи до корыстолюбивых князей, что у них месяц, чтобы внести в казну все уворованное — и еще два раза по столько же сверху.

Иначе я заберу в казну их родовое имение.

Побурев еще больше по вине проворовавшихся соратников, Радзивилл послушно подтвердил:

— Исполню, государь.

Убрав правую руку с доносов… То есть донесений, Дмитрий так же напоказ положил уже левую на еще одну стопочку грамоток.

Верней сказать, писем, автор которых, узнав свои послания, тут же оживился и даже как-то нетерпеливо ерзанул на своем стуле. Воевать главный военачальник Литвы умел и любил…

— Теперь о иных делах. Вы главные чины Пан-Рады; те, чей голос имеет решающий вес в любом обсуждении и расправе дел государственных. Поэтому ответствуйте мне: является ли мятеж ливонских баронов подлой изменой и нарушением клятвы верности своему государю?

Не сговариваясь, все присутствующие тут же утвердительно кивнули, а епископ виленский еще и усугубил обвинения:

— Семь казней египетских на их головы! Виновны не только перед тобой, государь мой Димитрий Иоаннович, но и перед Господом нашим Иисусом Христом, ибо клялись на кресте, и его именем!!!

Благосклонно кивнув правильно понимающему текущий политический момент Протасию, правитель заметил:

— Казней не обещаю, но места в каменоломнях хватит всем… Григорий, как идут приготовления к походу на мятежников?

Для приличия размашисто перекрестившись, великий гетман литовский Ходкевич с довольной улыбкой признался:

— Грех жаловаться, государь: хорошо! Шляхта застоялась, а тут такой повод!.

. К новой траве закончим готовить обозы, и, если будет на то твоя воля, выступим.

Великий гетман на это лишь довольно кивал, предвкушая: с такой силищей он всех мятежных барончиков как зайцев в поле будет гонять!

— Николай: я желаю держать совет с шляхтой, посему готовь Вальный сейм на первый месяц лета.