"
"— Садись давай, подвезу — неожиданно звонким голосом крикнула она
Я села в машину, пристроив рюкзак под ногами, и сказала: — Мне бы до Бундеевки…
— Да знаю я, что до Бундеевки, тута и нет больше деревень-то других. Ты к кому едешь-то?
Я по наитию решила так и сказать — К бабе Дусе еду
Старушенция уважительно хмыкнула, но потом всё-таки спросила: — А ты кто ей будешь-то?
— Знакомая, вылечила она меня когда-то, вот я и решила её навестить
— Дело хорошее, а как звать-то тебя?
— Виктория, Вика — ответила я и пока старушка не продолжила меня допрашивать, тоже спросила — А далеко нам ехать ещё?
— Да нет, примерно час
И мне резко поплохело — Как час, я же по карте смотрела, что Бундеевка рядом со станцией находится, а вы говорите час, это сколько пятьдесят или шестьдесят километров?
— Сколько километров не скажу, но на моём драндулете примерно час.
А карты свои, выкинь, наша Бундеевка на картах не нарисована и не всякий может туда приехать.
Я решила промолчать, надеясь, что лучше уж я с бабкой доеду, а там будет понятно.
Всё, конечно, было очень странно, но мне почему-то не было ни страшно, ни беспокойно, а наоборот, я чувствовала, что всё правильно.
Действительно, примерно через час мы въехали в небольшую деревню, на первый взгляд мне показалось, что дворов двадцать-тридцать, не больше. Домики стояли аккуратные, строго по улицам. Я обратила внимание на отсутствие электрических столбов. Баба Нина, как представилась драйверша (водитель), повезла меня через всю деревню в самый крайний дом, стоящий на отшибе, рядом с лесом.
— Вот, это и есть дом бабы Дуси, но не знаю дома она сейчас или нет, ты пойди посмотри, если чего вернёшься, найдём куда тебя поселить.
Я подошла к калитке, калитка была невысокая, так для вида, легко подняла щеколду с другой стороны, и вошла на ухоженную площадку перед маленьким, стареньким и даже немного покосившимся домиком. Так странно, все остальные дома в деревне были крепкими на вид, а этот походил на развалюху. Но во дворе были красивые клумбы и дорожка к крыльцу.
Дверь в дом была открыта и прикрыта болтающейся на сквозняке занавеской. Я подошла поближе, рукой отодвинула занавеску и крикнула:
— Баба Дусь, это я, Вика
Сначала мне никто не ответил, а потом раздалось странное шуршание и мне навстречу показалась баба Дуся. И так я ей обрадовалась, как родной и почему-то слёзы пошли, когда она меня обняла, для чего мне пришлось согнуться, потому что баба Дуся была ростом вполовину меня, и начла гладить по голове.
