Грабители

Бойцы корнуэльского полка тут же бросились тушить горящие «лосфирги», поливая их пеной из портативных генераторов. Они пытались спасти героически дравшиеся экипажи, но по большей части сделать это было уже невозможно. То там то тут на землю складывали обгорелые трупы наводчиков, механиков и командиров расчетов, которые до последнего момента вели огонь, не покидая пылавших машин.

Грохот разрывов и яркие зарницы, ослеплявшие даже дневное небо, заставляли Жака прибавлять шаг, и вскоре он и его люди уже бежали сквозь лес, перепрыгивая через поваленные деревья.

Над самыми верхушками пронеслось несколько дольтшпиров. Один из них, видимо поврежденный, взорвался где-то позади, рассыпав по лесу холодные искры.

А Жак уже представлял себе пару «скаутов», которые вели с дольтшпирами неравный бой, и, казалось, только его — Жака Монро — появление могло спасти Саломею от смерти.

Миновав заросли колючих кустарников, Жак выскочил на берег ручья и помчался по намытому песку.

— Стой, лейтенант! — крикнул Шапиро, хватая Жака за рукав. — Не спеши, здесь может быть засада — Монро остановился. Взрывы ухали совсем рядом, а дробный стук автоматических пушек говорил о том, что «скауты» еще живы.

— Воздух! — заорал Тони и плюхнулся на землю.

Монро и Ральф тут же упали следом, а Хосмар задержался, и Луцу пришлось сбить его подсечкой.

Разрезая воздух острыми как бритва плоскостями, сотня дольтшпиров пронеслась по руслу ручья и исчезла за поворотом.

— Нужно быть наготове, — бросил Шапиро, поднимаясь на ноги и вытряхивая песок из ствола винтовки,

— Нужно торопиться! — Монро будто не слышал его слов, глядя в ту сторону, куда умчались дольтшпиры.

Черные столбы дыма поднимались в небо, и вместе с ними уносились чьи-то жизни. Жак будто видел их среди жирных хлопьев траурной копоти.

Издалека снова послышался хищный шелест отточенных плоскостей, и новый отряд дольтшпиров лег на крыло, вписываясь в крутой изгиб русла.

Лутц вскинул винтовку и выстрелил из подствольного гранатомета. Заряд ударил точно в цель, и крылатый монстр врезался в песок, а затем взорвался, разлетевшись на миллионы светящихся осколков.

— Ты что делаешь, придурок?! — закричал Шапиро, на всякий случай выстрелив в еще один дольтшпир Ральф не знал промахов, и вторая машина, скользнув вниз, врезалась в дно ручья.