Граф Аверин. Колдун Российской империи (СИ)

— Вы… вы найдете Даниила, — в глазах ее светилась мольба, — и вернете его?

— Конечно, найду и верну. Всё, что от него осталось.

Он отвернулся окончательно и зашагал по тропинке к воротам. И лишь возле кота, который продолжал беззаботно дрыхнуть на колонне, перевернувшись на другой бок, он притормозил.

— Ты хоть понимаешь, как тебе повезло, а, морда полосатая?

Кот приоткрыл второй глаз, внезапно оказавшийся голубым."

"«Гетерохромия… я всегда думал, что она бывает только у белых кошек», — рассеяно подумал Аверин и зашагал дальше.

Баронесса Перова. Надо немедленно поговорить с ней. Вполне возможно, что Даниила Синицына как раз сейчас доедает очередной ее любимец.

Глава 2

Особняк баронессы оказался окружен глухим каменным забором, за которым виднелись стволы высоких деревьев. Ворота тоже были под стать — высокие, цельнометаллические, с такой же калиткой, закрытой на кодовый замок. К счастью, возле калитки имелся звонок. Аверин нажал на кнопку и принялся ждать.

Через несколько минут с обратной стороны заскрежетал засов, и калитка открылась.

На ее пороге возник дворецкий. Пожилой мужчина с серьезным, даже несколько хмурым лицом, в старомодном костюме. Он чем-то напомнил Аверину семейного фамильяра Анонимуса.

Дворецкий тем временем вопросительно уставился на пришедшего и примерно через минуту выдавил:

— Что вам угодно?

— Я бы хотел поговорить с госпожой баронессой, и как можно быстрее. Мое имя Гермес Аверин, граф Аверин. Доложите госпоже немедленно, если она дома.

— Простите, ваше сиятельство, госпожа баронесса не принимает, — дворецкий поклонился, но после весьма бесцеремонно толкнул калитку, намереваясь ее закрыть.

Что же. Вежливость тут явно не в почете. Аверин подставил ногу, не давая калитке закрыться.

— Когда она сможет принять? — осведомился он.

— Простите, ваше сиятельство, но баронесса не принимает, — повторил дворецкий и посильнее налег на калитку.

— Совсем, никого и никогда? — уточнил с легкой усмешкой Аверин.

— Никого и никогда, — подтвердил дворецкий и, помешкав немного, указал пальцем на ногу Аверина:

— Не соблаговолите убрать?

Аверин пожал плечами, но ногу убрал.

В конце концов, он не может вломиться в чужой дом, он не полицейский. Да и в том, что перед ним див, Аверин почти не сомневался. А защищая дом хозяина, див вполне может убить, это не запрещено законом.

Калитка захлопнулась.

Аверин прошелся вдоль забора. Особняк стоял последним в ряду домов, за ним начинался Крестовский парк, больше напоминавший небольшой лес.