Граф Аверин. Колдун Российской империи (СИ)

Гермес, когда я его увидел рядом с вами, там, возле особняка, он дыру в вашей ноге рукой зажимал. Он наврал в скорой, что ваш фамильяр, чтобы его пустили и он мог продолжать накачивать вас своей энергией. Вы выжили только благодаря ему. «Не человеку». Но, знаете, я бы так не злился. Мы все ошибаемся, даже в самых близких. Но вы — мой лучший друг. Неужели вы подумали, что я бы вас не понял? Не понял, почему вы не хотите отдавать мальчонку Булгакову?!

Аверин отвел взгляд. Он понятия не имел, как ответить.

Мысли метались из стороны в сторону, собрать их в единое целое не удавалось.

— Всё равно пришлось… — тихо проговорил он.

— А что было делать? В вашей вене торчала игла с чьей-то кровью. Вам предстояло еще две, в лучшем случае, операции, наша клетка в участке не выдержит дива первого класса. А от вашей у нас не было ключа. Отвезти его в Управление было единственным выходом. Не волнуйтесь, Фетисов подтвердил, что на момент регистрации ваш див был вторым классом.

— Спасибо… Я… я видел орла.

Я могу с ним поговорить?

— Конечно, я сказал всё, что хотел. Честь имею.

Он встал и вышел из палаты.

И тут же туда вновь влетел сине-красный вихрь. Устроившись на прежнем месте у кровати, Кузя радостно затараторил:

— А вы знаете, что у меня теперь четвертый уровень? Даже больше. Почти пятый! Половина дивов Управления слабее меня! Представляете?

— Представляю, Кузя, — Аверин улыбнулся, — как тебе вообще… в Управлении?

— Так себе, — Кузя скривился, — комнаты у них в общежитии крохотные, вот такие всего, — он развел руки в стороны, — кровать, стол, стул и маленький шкафчик.

И всё. Даже телевизора нету. В стены встроены серебряные решетки. В двери тоже. Так не видно, но хорошо ощущается. Но со временем привыкаешь, конечно.

— Получается, это натуральная тюрьма?

Сам Аверин никогда не бывал в корпусе Управления, где содержали дивов. И таких подробностей не знал. Что же… в средствах Управление действительно не ограничено.

— Не. Там можно свободно входить и выходить.

Меня запирали всего три раза, в первые дни, а потом еще на время операций. Но я хорошо себя вел, на стены не кидался.

— Молодец, — сказал Аверин. Ему стало совсем неловко. — Нет, правда, ты большой молодец.

— Да ладно, — отмахнулся Кузя, — я же не идиот, я же знаю, что там везде серебро. Зато еду приносят прямо в комнату. Правда, это бурда какая-то, сытная, но совсем не вкусная, мешанина каши, мяса и овощей, — он наморщил нос.