Граф Аверин. Колдун Российской империи (СИ)

И потом, после смерти отца, мальчик остался ее единственным хозяином, последним в роду носителем крови матери. Маленький зависимый инвалид. Она могла убить его? Да сколько угодно. Но она заботится о нем и готова защищать любой ценой.

— Хм-м… — Виктор допил пиво и поманил пальцем официанта: — Счет, пожалуйста.

Тот поклонился и ушел.

— Получается, Гермес, не всё вы о них знаете. Значит, бывают такие, верные?

— Ну, или ей понравилось быть баронессой, — Аверин пожал плечами и сделал из кружки последний глоток, — но… знаете, есть кое-что, что не дает мне в этой истории покоя.

— И что же?

— Она сказала: «У меня есть связи при дворе». У нее связи. Что это, черт побери, может значить? Я не понимаю. И вот это, Виктор, меня тревожит.

Домой Аверин приехал на такси. Машину от «Енота» он решил забрать завтра, после пробежки. И очень надеялся, что пробежка всё-таки состоится. Пропускать тренировки — непозволительная роскошь.

— Маргарита, мне никто не звонил? — спросил он, проходя в гостиную. — И ты не видела мой халат?

— Вот он, — экономка вынесла халат, отдала, но осталась стоять и гипнотизировать взглядом.

Аверин наклонил голову:

— Маргарита? Что-то случилось?

Она пожевала губы.

— Гермес Аркадьевич. Я ни в коем случае не хочу вмешиваться не в свое дело… — она замолчала.

— Да говори же, не томи.

— Понимаете, я готовила суп. Когда услышала странные звуки из вашего кабинета. Я подошла и прислушалась. Кто-то щелкал замком сейфа! Я подумала, что это воры. Взяла кочергу. Открыла дверь.

Аверин облегченно рассмеялся:

— Это Кузя, Маргарита. Ты же хотела Кузю.

— Кузя?! — глаза Маргариты стали размером с чайные чашки.

Аверин понял: что-то не ладно, и кинулся в кабинет.

И остолбенел прямо на пороге.

В клетке сидел молодой парень лет шестнадцати. Длинные серовато-русые волосы закрывали его плечи. А рука была просунута сквозь решетку. Щелк-шелк, двигались колесики. Парень безуспешно пытался подобрать код.

— Кузя?! — снова повторила Маргарита, тоже появившись в дверях.

Парень повернулся, и его губы растянулись в широченной улыбке, обнажая идеально белые зубы. Аверин сдавленно хихикнул и попытался тоже изобразить подобие улыбки.

— Я… я так пошутил, извини, Маргарита. Каламбур. Дело в том, что этого мальчика и правда зовут Кузьма, Кузя. Он сын моего… троюродного брата.

— Да? — брови Маргариты поползли вверх. — Но почему он в клетке? И… в таком виде?!

— Он… понимаешь, отбился от рук.