Они с Брэем и год назад навещали Адама, но тогда тот отказался пойти в местный паб и выпить. А на сей раз он был уже не так плох.
Когда случилось несчастье, Харрисон путешествовал и только потом узнал обо всем от Брэя. Оказалось, что жена Адама мучилась трое суток во время родов. В прошлом году, навещая друга, Брэй и Харрисон об этом не упоминали и на сей раз тоже молчали. Да и как можно говорить о таких вещах? Даже представить было страшно, что испытывал Адам, час за часом наблюдая, как умирает жена, которая так и не произвела на свет ребенка.
Должно быть, он, будучи не в силах ей помочь, сходил с ума от отчаяния. И Харрисон очень надеялся, что с ним никогда не случится ничего подобного."
"Вообще-то Харрисон был рад этой поездке и обрадовался еще больше, обнаружив, что другу стало лучше. В прошлом году они не удивились бы, узнав, что Адам решил покончить с жизнью. Он, возможно, и был близок к этому не раз, но теперь стало ясно, что более-менее оправился и не думал о самоубийстве.
Во время поездки Харрисон то и дело вспоминал об Анджелине.
И конечно же, вспомнил, как она выглядела в тот день, когда они целовались в саду. Свежая и невинная – само воплощение добропорядочности. Ветер спутал ее длинные волосы, а шляпа с широкими полями была очень ей к лицу. Ее глаза сверкали, а щеки раскраснелись от солнца и, как он надеялся, от его внезапного появления.
Когда же он ласкал ее и целовал в доме лорда Тилбери… О, тогда она походила на ту прекрасную и чарующую греческую богиню, которую он увидел во время их первой встречи.
На ней было роскошное платье, а в убранных наверх волосах – корона из жемчуга. Ее чувственность заставляла его думать о ней день и ночь, и не важно: казалась ли она благонравной юной леди, еще не изведавшей первого поцелуя, или чувственной девушкой, желавшей, чтобы мужчина показал ей, что такое истинное наслаждение, – его влекло к ней в любом случае.
Но завоевать Анджелину будет не так-то просто. Из-за капитана Максуэлла, разумеется. Ведь она думала, что любит этого человека.
Более того, она отчаянно цеплялась за мысль, что отдала сердце капитану Максуэллу. Но Харрисон не сомневался: ему удастся заставить ее понять, что ей нужен совсем другой мужчина.
Между прочим, он отсутствовал уже пять дней… Интересно, поцеловал ли ее Максуэлл? Конечно, ему не хотелось, чтобы капитан Максуэлл целовал Анджелину, но если тот не сделал этого, то он просто осел.
– Вы выиграли, я пас, – сказал Брэй четвертому партнеру, игравшему с ними всю ночь.
