А когда граф вернулся чуть ли не под ручку с Энвером, вовсе перестала верить в то, что удача на моей стороне.
– Поедем все вместе, – улыбался граф. – Дома посидим у камина, поболтаем о делах или же о погоде, разопьем вторую бутылочку того чудесного вина.
– Я не пью, – пробормотала я, медленно поднимаясь со скамейки.
В замок возвращались в гнетущей тишине, я прислушивалась к цокоту копыт и стуку колес, и не переставала смотреть в окно, лишь бы не встретиться с взглядами мужчин. А вот их взгляды я на себе чувствовала, и сидела не шевелясь.
– Миледи, – проговорили мужчины одновременно подавая мне руку, когда экипаж остановился. Граф и герцог вышли первыми и теперь ждали чью руку я приму, не уступая друг другу, словно соревновались.
Я проигнорировала обоих, но одарила улыбкой каждого.
– Если можно, я бы хотела лечь спать, – мы уже вошли в замок, и Андрэ приказал дворецкому притащить бутылочку. На мою просьбу граф отреагировал грустным взглядом, а герцог не проявил ни одной эмоции.
– Что ж… Памина вас проводит, —Андрэ махнул рукой женщине в черном платье с чепцом на голове.
– Памина, отведи Ее сиятельство в гостевые покои и помоги подготовиться ко сну. – Граф обернулся ко мне. – Вы можете остаться в моем замке на несколько дней, если пожелаете, если же нет – завтра в обед герцог Энвер отвезет вас домой. Ему по пути.
– Разумеется, отвезу, – Энвер взглянул на меня. – Доброй ночи, миледи.
Я буркнула в ответ пожелания спокойных снов и поспешила за Паминой, на ходу размышляя как бы уехать без сопровождения Его светлости.
Я долго ворочалась на мягкой перине в ворохе подушек прежде чем заснуть, а проснулась утром с головной болью. Памина была тут как тут, стоило мне умыться и привести себя в порядок, как камеристка уже ждала в гостиной.
– Я провожу вас на завтрак, миледи.
Я поспешила за женщиной, на ходу мельком осматривая замок. Он был уютным, чистым, и радовало отсутствие всяческого барахла. Вот распродам все вещицы и у меня в замке будет так же минималистически красиво.
"
"Памина привела меня в маленькую столовую, которая наверняка использовалась исключительно для семейных сборищ. Во главе стола сидел сам граф, по правую руку от него – Лонд, изрядно помятый и явно не выспавшийся, а слева – герцог. Энвер кинул на меня мимолетный взгляд и уткнулся в тарелку, буркнув:
– Доброе утро.
– О, миледи! – Лонд словно только очнулся. Вскинул голову и непонимающим взглядом посмотрел на меня, потом на отца, потом снова на меня.
